ФРПГ "Трион"

Объявление

Смутный час между волком
и собакой меняет очертания привычного мира. Свет сменяется тенью, форма - мороком, а пение птиц - тихим шипением стали, выходящей из ножен. Лишь одно остаётся незыблемым - люди. Только люди не меняются никогда...
Оказаться не в том месте, не в то время - достаточно паскудный способ добыть себе неприятности. Так сложились обстоятельства...
читать дальше
Довольно известный исследователь-историк, имя которому Рангоригасту Гржимайло, нашел в горах Малого хребта неизвестную доселе шахту... читать дальше
Путь к ущелью К'у и Ла был тернист и долог: недоброжелательные леса духов кишели смертельными опасностями... читать дальше






01.04.18: Неожиданно, и очень символично с точки зрения календарной даты, на форуме появился новый дизайн. ;)






По техническим причинам, мастера не сумели
вовремя заполнить этот раздел. О, ирония...
Предыстория:

Некогда гномья пророчица Валлана предсказала наступление Конца Света и разрушения Мира в 1000 году. Предсказание было небольшим, но настораживающим: «Когда Столпы Равновесия исчезли, Пустота, расправив крылья и выпустив когти, вторглась в Мир. Увлеченные вечными распрями, ненавистью и жаждой наживы, одурманенные ложью Высших, живые создания не заметили опасности, оставаясь слепыми и глухими, потому что не хотели видеть и слышать то, что было им противно. Когда же беда стала столь очевидна, что спрятать ее уже не удавалось, Мир пал в бездну хаоса и завершил Круг Жизни».
Пергамент, описывающий сие событие, неожиданно нашелся архивариусом в одной из закрытых библиотек Северинга. Правда это или нет, и что конкретно имела в виду Валлана, никому не известно — сама пророчица была слишком стара и спокойно умерла, не дожив до нынешних дней и не оставив более никаких сведений.
Гномы посчитали Пророчество слишком непонятным, чтобы сразу начать пугать им жителей Триона, и расшифровать все сами, но, как известно, любые тайны имеют свойство странными путями просачиваться и распространяться среди простых смертных. Вот и Пророчество Валланы стало достоянием гласности, переходя из уст в уста и пугая слишком впечатлительных обитателей всех трех материков Триона. Мало того, в последнее время в Немоне объявилась секта «Видящие Истину» напрямую проповедующая Конец Света и призывающая жителей к покаянию.

Настоящее. 998 год.

Всего два года остается до предсказанного великой гномьей Видящей Валланой конца мира. Империю заполонили лжепророки, обещающие спасение, все чаще слышны голоса некромантов, ведьм и приверженцев разнообразных оккультных сект, поклоняющихся Пустоте. Из уст в уста передаются слова предсказательницы: близок последний час этого мира. Кажется, сам Творец отвернулся от Триона, оставив его на грани хаоса и безумия.
На фоне всего этого немудрено и потерять себя. Как произошло это с молодым императором Велерадом, и без того получившим серьезный удар в виде трагической потери семьи более, чем десять лет назад. Понимая, что власть и порядок в огромной стране удержать становится все сложнее, снедаемый, к тому же, ненавистью ко всем, кто не является человеком и считающий нелюдей виновными в приближающемся Армагеддоне, некогда рассудительный правитель пошел на безумные меры.
Все нелюди в Империи — от светлого эльфа до последнего гоблина — новым указом Велерада объявлены вне закона. Не имеющие ни гражданских прав, ни защиты, они должны покинуть пределы страны или быть переселенными в специально созданные резервации, в противном случае они будут преданы смерти. Гонения на нелюдей объявлены официальной политикой Немона, городской страже, ордену Тюльпана и даже членам ЛИГ вменяется в обязанности, ко всему прочему, арестовывать или казнить (в случае открытого сопротивления) любого представителя нелюдской расы в любом уголке Немона или потворствующего ему человека. Вчерашние соседи могут в любой момент стать врагами.
Новые порядки поставили Империю на грань гражданской войны. К нелюдям и прежде шло враждебное отношение, а ныне, подписанный самим Императором, указ вовсе развязал руки самым отъявленным расистам. Многие поддерживают Велерада в его ненависти, но пограничные аристократы, встревоженные волнениями на границах со степью Орр'Тенн или лесом Сильве, некоторые члены ЛИГ, Академии Магии и Торговой Гильдии, недовольные напряженной политической ситуацией, считают императора опасным безумцем, действия которого приведут страну к окончательной гибели. Выбор между верностью трону и тем, что считается благоразумным, особенно тяжел в преддверии конца мира, но неумолимо близок.
Возмущенные агрессией Немона, представители независимых государств, находящихся в торговых, союзнических или нейтральных отношениях с Немоном, - эльфы, темные эльфы, гномы - в панике шлют сообщения в Неверру и Каторию, будучи практически не в состоянии защитить своих соплеменников в Империи. Воинственные орки, воодушевленные возможностью захвата новых земель, светлые эльфы Довеллы, ведомые волей своей амбициозной ксарицы, остававшиеся доселе в тени вампиры собираются в ожидании падения колосса Империи.

О скипетрах Сильерны (побочная сюжетная ветвь):

Три Скипетра издавна были переданы самой Сильерной эльфийским кэссарям, как самым мудрым представителям из созданных на Трионе рас. Скипетр Заката хранился в Храме темных эльфов в Шьене, Скипетр Рассвета — у Светлых в Довелле, Скипетр Полудня — у лесных эльфов на алтаре в лесу Сильве. Ходят слухи, что когда-то существовал и Скипетр Полуночи, переданный людям, но сведения о нем не сохранились, и легенда осталась лишь красивой легендой, не более. Установленные на алтарях Скипетры поддерживали энергетическую структуру Триона, обеспечивая соблюдение баланса сил, и не давая Пустоте поглотить энергию Теи.
Однако два года назад Скипетры были похищены. Эльфийские кэссари приняли решение утаить истину от подданных и заменили настоящие реликвии на поддельные, пока настоящие не будут найдены и возвращены на место. О сохранности и целостности самих реликвий эльфы не беспокоились, ибо уничтожить Скипетры нельзя - созданы они не простыми смертными ибо несут в себе частичку божественного, но вернуть их требовалось как можно скорее — структура мира нарушилась, Твари Пустоты получили возможность проникать в мир Триона в местах, где ткань Теи истончена, и скопилось много негативной энергии.
Время шло, поиски результатов не приносили, мало того, то здесь, то там стали объявляться неизвестные монстры, нападающие на людей. Кое-кто связывает их появление с изреченным Валланой пророчеством и говорит, что они являются самым явным предзнаменованием надвигающегося конца Света.




01.04.18: Плюшки! Проанализировав последние отыгрыши на Арене и в Сюжетных эпизодах, было принято выделить достижения лучшего, на наш взгляд, игрока! За его смекалку, храбрость и великий потенциал, мы награждаем непревзойденного мастера Огня и Пламени, Диохона, артефактом мифической редкости - Великой Перчаткой...
Повелись? С первым апреля! :3

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ФРПГ "Трион" » Отыгранные эпизоды » "Немного погодя люди стали замечать, что Гламу не лежится в могиле."


"Немного погодя люди стали замечать, что Гламу не лежится в могиле."

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

Люди давно привыкли к чудесам и неожиданностям. То русалка в озере шалить начнет, то волкодлак близ селения объявится, а то и что поэкзотичней мелькнет: демон, например какой-нибудь. Или просто кто-то слух чудной пустит, а люди и рады поверить. В любой таверне можно услышать байку на любой вкус. Вот только хорошо слушать страшную сказку о чудовище, вырезающем жителей затерянной в лесах деревеньки, или болезни, косящей людей-нелюдей от мала до велика, сидя вечерком у камина с кружкой теплого чая или чего покрепче в руках. А когда героем рассказа становишься ты, а местом действия - твоя родная деревня, то тут уже не шуток да побасенок.
          Действие начинается в небольшой деревеньке, забытой всеми богами и даже мракобесами. Что же здесь случилось? Начнем, пожалуй, с самого начала. Местные охотники начали приносить из леса слухи о том, что нежить или зверь лесной расшалились: старое кладбище в паре километров от деревени, отчего-то (причину не помнят даже самые древние старики) «развеселилось»: оттуда по ночам какие-то завывания слышатся. Да и пара путников, вышедших из селения, до ближайшей деревеньки так и не дошли. Сгинули где-то в пути, не иначе как сожрал их кто. Впрочем, костей или иных останков пока не нашли, так что «не пойман – не вор». Крестьяне, правда, хотели сходить посмотреть, что на погосте творится, но пока что-то не нашлось желающих. Говорить-то все горазды, а как до дела дойдет, то у всех сто причин, чтобы отказаться. Остается надежда, что кто-нибудь из наемников или людей, что в руках держать меч умеют, в село забредет.

+1

2

В суматошной жизни торговки редко выдавались такие дни, когда можно было бы забыть о делах и просто, не торопясь, оставив фургон, товар, и прочую головную боль, прогуляться под по-летнему теплым солнышком. Но этот день - к тихой радости Ингрид - был именно таким.
Они уже три дня как гостили на небольшом, затерянном в провинциальной глухомани хуторе - старый друг Мерсера давно уже зазывал того на какой-то праздник, повод к которому оба благополучно забыли, и торговец, подумав, предложил Сету и Ингрид поехать с ним, благо, никаких срочных дел в Лариасе пока не предвиделось. Хозяин хутора встретил всю их троицу радушно, домочадцы тут же натаскали на стол столько снеди, будто встречали, как минимум, отряд Личной Императорской Гвардии, из подвалов были извлечены солидные бутыли с наливкой... и, пожалуй, первый день после приезда Ингрид и вовсе уже не помнила. На второй стала более-менее (не без некоторого труда) присматриваться к хутору и его обитателям, а к исходу третьего успела уже изучить весь дом и близлежащие окрестности. Мерсер продолжал обсуждать с товарищем дела, кажется, всех прошедших лет и собирался предаваться этому занятию еще добрых дня два, а то и больше, а вот Ингрид и Сета скука начинала глодать. Тогда-то друг ее наставника и предложил им пройтись до расположенной по соседству деревни.
- Здесь еще и деревня есть? - удивилась Ингрид. Места кругом были настолько  "непуганные", что заподозрить какое-либо крупное поселение, кроме, собственно, самого хутора, было сложно.
- Если ее можно так назвать, - засмеялся хозяин. - Так, десяток дворов да пара коров. Мы к ним порой наведываемся - идти-то полдня пешком, не больше, просто обычно смысла нет, да и для них, деревенских, - последнее слово он умудрился произнести с каким-то особенным, довольным отчуждением, - и это расстояние уже даль несусветная. Да, впрочем, если до темноты не успеете, то и там заночевать можно - народ, как я помню, приветливый. Хоть развеетесь, новости половите, да, глядишь, яиц да овощей оттуда принесете - репа у них больно хороша растет, который год пытаюсь перебить, да не везет как-то...
Отчего бы, и в самом деле, не сходить? Вот и пошли.
Невыразимо приятно было чувствовать на лице и руках сухое солнечное тепло, хрустеть новыми удобными башмаками по едва начавшим желтеть листьям, которыми была усыпана еле заметная тропка, грызть яблоки, втихаря нарванные на дорожку с хозяйской яблони, и по-детски дурачиться, от нечего делать по очереди травя вместе с Сетом различные байки и страшилки и периодически сходя с тропы за мелькнувшим меж деревьями грибом.
- ...жили эти люди в уединении, на хуторе - как хозяин наш. Хорошая семья: муж - охотник, сыновья его трое тоже охотой промышляли, дочь старшая в невестин возраст вошла, и все бы хорошо, когда приключилась беда с младшей дочкой - Луизой. Жена долго разродиться не могла, помочь было некому - обратились к повитухе. Странная старуха была, говорят, сумасшедшая немного, но лечила хорошо. Уж что она там сделала - не то заклинание прочла, не то зельем напоила, неизвестно, но женщине помогла, ребенок родился здоровым, - Ингрид, нагнувшись, сорвала травинку, зажевала ее и продолжила, понизив голос для достижения нужного эффекта и одновременно выбирая спокойный, размеренный тон повествования, будто речь шла о самых что ни на есть реальных событиях. - Да только, как исполнился девочке год, тут и начались всякие странности: зубы выросли, глаза из темных стали совсем звериные. С едой капризничать начала. Кошек всех передушила, мышей, птиц караулила. Позже до кур добралась. Говорить ее так и не научили. Не оборотень, не мертвый, не зверь и не человек. Обратились вновь к старухе, а та лишь руками разводит - не знаю, мол, что за страсть приключилась. Подняли ее на вилы и в болото скинули - испортила девчонку. Но ребенка убить рука не поднялась. Так и осталась жить. А потом...

+4

3

Сентябрь, еще не осознавший до конца, что на самом деле он уже, в общем-то, был осенью, ощутимо припекал в худую спину, обтянутую черной тканью, жаркими Солнечными лучами, и Шидар, цедя сквозь плотно сжатые зубы проклятия, в очередной раз столкнула коленом ведро с невысокого борта в колодец. Сталкиваясь со стенами и задумчиво грохоча от избытка жестяных эмоций, оно полетело вниз - спустя несколько секунд раздался многообещающий плеск, и Лия, пробормотав что-то очень лестное себе под нос, вновь налегла на ворот. Под рубашкой вздулись жилы и резко обозначились острые лопатки.
"И угора-аздило же меня," - насмешливо подумала некромант, вытягивая ведро на поверхность и снимая его с крюка. Руки обожгло легким приятным холодом, и рыжая еще с полминуты стояла, обнимая холодный металл и остужая уставшие руки. - "Лучше бы, мать его за ногу, денег взял. Нет же ж - воды ему натаскай да гусей накорми. Ильмар бы со смеху умер, увидав, чем его драгоценная напарница в свободное от работы время нынче занимается. Хозяюшка нашлась…"
Ведро на самом деле было не таким уж и тяжелым для человека, который каменные крышки княжеских гробов без напряга открывает, но поворчать и пожалеть себя было нужно - этим Гаэль доказывала ту истину, что, если уж сам себя не похвалишь, никто не похвалит. Просто в другой вариации. Вдоволь погрустив о том, как ей не повезло в жизни, рыжая без труда взяла в правую руку ведра и пошла по утоптанной тропинке вниз, к едва виднеющейся вдалеке околице, за которой и стояла крепкая, на века сбитая изба, в которой девушка ночевала. Дышать было легко, воздух, напитанный упоительной свежестью и запахом листвы, рекой лился в легкие, и уже спустя десяток шагов некромант перешла на легкий пружинящий бег, хотя, по логике событий, якорь в десяток литров должен был ее тормозить.
Старик сидел на приступках своего дома, задумчиво покусывая стебель сорванной травинки, и Шидар, подбежав, поставила ведро в двух шагах от него, пару раз переступила с ноги на ногу, убеждаясь в том, что не потянула связки при беге, размяла правой рукой затекшие пальцы. Недвижимый, спокойный, словно небесная твердь, хозяин наблюдал за ней взглядом выцветших от прожитых лет голубых глаз, в которых хранилась вся мудрость человеческого рода, припудренная немалой долей ехидного характера. Несмотря на то, что возраст у него был уже тот, когда человек должен был бы при любом неосторожном движении рассыпаться прахом, дед был полон сил, и Лия, Смерть чувствовавшая задолго до ее появления, готова была биться об заклад, что проживет он еще годков пятнадцать. Имя его, тяжелое, надежное, в котором некромант опознала не слишком измененное кимрейское "дуб", полностью себя оправдывало, Азулас и впрямь напоминал в своей спокойной стойкости могучее дерево.
- Ну садись, дочка, отдохни, расскажи мне о чужой стороне, - предложил он, кивая на обструганное бревно напротив себя, на котором возлежал здоровенный кот цвета, сравнимого только с языками огня. Животному явно было все равно, какие планы на его лежак строят окружающие, ибо его королевское достоинство было выше того, чтобы обращать внимание на подобные мелочи. - Давненько я, чай, ничего не слышал, не заходит к нам никого.
Почему дед называет ее "дочкой", хотя по возрасту она ему годилась в правнучки, рыжая не знала, но уточнять, в прочем, сочла бессмысленным. Подойдя к бревну, она взяла под передние лапы кота, села и уложила его к себе на колени - тот, поленившись даже пошевелить ради приличия ушами, открыл один золотисто-карий глаз и милостиво позволил себя гладить. Гаэль зарылась длинными тонкими пальцами в его мягкий пушистый мех, и зверь замурчал.
- Что рассказать-то? - спросила она, поразмыслив с мгновение над вопросом. Пальцы ее жили от своей хозяйки отдельной жизнью, почесывая за ухом лениво урчащего кота. - Везде одно и тоже, что у вас тут, что в Альтее, только у вас хоть тишина стоит.
Старик отер рукавом длинной холщовой рубахи крупное желтое яблоко из тех, что лежали в деревянной миске по правую его руку и протянул девушке - та отпираться не стала и, взяв фрукт, захрустела приятной сладковатой мякотью. В этой богами забытой деревушке ей нравилось - разлитое щедрым черпаком спокойствие позволяло отвлечься от всего того, что порой всплывало утопленником со дна озера памяти.
Вышла Лия сюда два дня назад, голодная, поцарапанная, в грязной одежде и с четко оформившейся ненавистью ко всему миру, волоча на поводу упирающегося коня - продираться сквозь вековые заросли бурьяна и дикого плюща им обоим не доставляло никакого удовольствия. Пройдя мимо колодца, от которого она сегодня приносила воду, Гаэль уперлась прямо в аккуратно сколоченную околицу из крепких старых досок. Заприметивший незнакомую женщину с волосами цвета Солнечного заката, еще и в мужской одежде да с конем на поводу, Азулас молча открыл перед ней дверь своей избы. Денег за постой брать он с Гаэль отказался наотрез, но вот отпираться от предложенной женской помощи по дому не стал.
Они помолчали еще немного, послушав чирикание нагловато-счастливых воробьев, облюбовавших себе куст шиповника под постоянную обитель, и затем старик благодушно махнул рукой, видимо, поняв, что от молчаливой Шидар большего не добьешься.
- Ну коли так, ужинать пойдем, - сказал Азулас, поднимаясь со ступенек и подбирая с земли плошку с собранными яблоками и заботливо отложенной с краю малиной. - А то на твои кости и смотреть страшно, уж не ровен час, ветром унесет. Сходи-ка ты пока к Маланье за молоком. Вот прямо пойдешь, а там налево сверни, избу-то и увидишь, у нее еще на ставнях птицы вырезаны.
Поднявшись на ноги, рыжая опустила на землю флегматично растянувшегося на траве кота и пошла прочь, теребя на ходу свои длинные локоны, вышла на неширокую, но вполне чистую тропинку и пошла легким быстрым шагом к той самой Маланье - крепкой женщине лет сорока, с которой ее уже успел познакомить хозяин и которая, как казалось Шидар, воплощает в себе слишком много энергии, чтобы быть спокойной. Тропинка вела куда-то прямо, потом резко сворачивая в бок, и что творится за этим поворотом, Лия не знала.

+3

4

Тепло, солнышко пригревает, и кажется, что до осени еще так далеко, да только вот начинающие уже желтеть листья живенько так напоминают, что лето уже закончилось. Правда хмуриться юношу едущего на весьма флегматичной чалой коняге грустить и хмуриться заставляли вовсе не приближающиеся холода, сырость и промозглость.
Поездка домой. Честно заработанный "отпуск", радовала как-то слабо. Нет, Огонек с удовольствием повидает и деда и мать... Только вот рада ли она будет приезду сына? Хотя... Не важно, главное все же долгожданный отдых.
Морган тряхнул головой прогоняя ненужные мысли, а заодно и пытающуюся навалиться дрему. Еще не хватало снова заснуть прямо в седле. Скоро уже можно будет отдохнуть, тем более скоро дорога должна уже к деревеньке вывести, а там уже и отдохнуть с дороги можно будет.
Посматривая по сторона Морган немного подогнал распоясовшееся животное, у которого похоже было только одно желание - что-нибудь съесть. Как это копытное недоразумение умудрялось ухватывать зелень оставалось загадкой, но всю дорогу кобыла бесперерывно что-то жувала.
Так бы и въехали в деревню тихо и спокойно, никого не тревожа, да только ранее никаких фокусов не выкидывавшая скотинка громко заржав шарахнулась в сторону от очередных кустов, причем желания седока, конягу нимало не волновали. Чалая понеслась выпучив глаза через кусты, хорошо хоть в направлении деревни а не Бездна пойми куда. На команды и поводья абсолютно не реагируя.
Огонек, довольно быстро поняв, что взбесившуюся кобылу так просто не остановить, теперь пытался хотя бы просто не вылететь из седла или не встретить головой низко нависшую ветку. В итоге через несколько минут бешеного галопа через кустывыскочила на тропинку и  понеслась себе дальше, знать бы хоть куда...
Да веселенькое начало...
Затормозить животину все же удалось, причем эта скотина таки скинула Огонька на землю.
Да чтоб тебя на колбасу пустили! - думал парень вставая с земли и отряхиваясь от пыли. Осмотр одежды показал, что пострадала только рубашка, на  которой появилась дыра от встречи с одной из веток. Не хватало целого клочка на правом рукаве.
Лицо судя по ощущениям лицо было порядком исцарапано, как собственно и руки, да пара синяков точно будет. Усмехнувшись, Морган погладил дрожащее животное по носу, пытаясь успокоить.
-Ну вот чего ты испугалась скотинка?
Коняга отвечать явно не собиралась.
Инквизиторо же теперь осматривал местность в которой оцутился благодаря своей пугливой спутнице. Кусты, да недалекий поворт тропинки, непонятно откуда и куда ведущей...

+3

5

Ингрид и Сет
Хлоп! Что-то небольшое, но твердое ударилось в висок торговки. Хлоп! Еще что-то похожее стукнуло по носу оборотня. Еще пара «снарядов» прилетела в плечи и лбы. А из ближайших кустов донесся звонкий детский голосок.
- Стой, кто идет? Стрелять будем! – а через минуту ветки зашевелились, и из зарослей выбрались и загадочные стрелки. Ими оказались дети, в возрасте от пяти до восьми лет. Одинаково чумазые, и в брюках с заплатами на протертых коленках. И все как один вооруженные: кто-то палкой, очевидно, заменяющей меч; у пары ребят оказались самодельные луки с прутиками, заменяющими стрелы; у двоих виднелись рогатки и мешочки с сушеным горохом, которым, видимо, Ингрид и Сета и обстреливали.
- Мы – грозные разбойники. И мы берем вас в плен! – отважно заявил самый старший, если судить по росту, мальчик. Дитя, лет восьми-девяти на вид, гордо приосанилось, всем своим видом демонстрируя, насколько ужасна банда маленьких разбойников. Общее впечатление портило то, что на щеках предводителя шайки красовались грязноватые разводы (считайте их боевым раскрасом), а на лбу зрела шишка. Но парнишку и его товарищей это ничуть не смущало. – Мы охраняем границы,  и не позволим вам их нарушать! – юные разбойники почему-то взяли на себя функцию стражей, но их это опять же не волновало. Дети вдохновенно играли свои роли, грозно хмурясь, отчего казались еще забавнее, и потрясали оружием перед носами торговки и оборотня, явно надеясь их испугать. Ну, или хотя бы впечатлить. Самая младшая из девочек, пухленькая малышка лет четырех-пяти, с забавными пушистыми косичками не выдержала и сделала еще один залп. Сухая горошинка пролетела по воздуху и врезалась в препятствие, коим оказался лоб Сета.
- Упс, - смущенно пролепетало это чудо и попятилось назад, боясь, что незнакомый юноша или стоящая рядом с ним девушка не дали юной воительнице подзатыльник.

Лия
Маланья, жена деревенского пастуха, стирала белье в большой деревянной бадье во дворе, а потому заметила Лию еще издалека. Та только показалась на другом конце улице, а женщина уже успела начать гадать, к кому же идет гостья Азуласа. Решив, что к ней (наверняка, старый друг за молочком послал девушку), Маланья скоренько развесила оставшееся белье и, вытерев мокрые руки о порядком уже застиранный фартук, отправилась навстречу.
В свои сорок лет жена пастуха была женщиной очень активной. Много двигалась, мало отдыхала. Всегда в курсе всех деревенских сплетен и новостей и не прочь поделиться ими с другими. Что ни говори, а что-нибудь мало-мальски интересное происходит в их краях очень редко. Да и что особенного может произойти в деревеньке, где от силы десяток дворов? Ну, соседки поругаются, ну дети у кого-нибудь яблок или вишни стянуть решат, а хозяин сада их на горяченьком-то и поймает… Вот и до Лии она хотела донести парочку слухов. Благо, мужики, ходившие на охоту, вчера рассказали кое-что интересное.
- Здравствуй! – всплеснула руками Маланья, поравнявшись с Лией. – Как Азулас поживает? Как сама? Не хвораешь ли? – вопросы посыпались градом. Маланья задавала их с такой скоростью, что вставить слово некроманту было бы очень сложно. Иногда людям, которые разговаривали с женщиной, казалось, что она вовсе и не ждет ответов, зная их наперед. Зачем тогда задавать вопросы, спросите вы. Разве что из вежливости… - А ты не слышала, какие вести охотнички-то наши из лесу принесли? – заговорщицким тоном поинтересовалась женщина, чуть понизив голос. Поделиться сплетнями не терпелось, но следовало выдержать паузу, чтобы подогреть интерес собеседницы.

Морган
Азиль, приехавшая из города погостить к тетушке, негодовала: её, магичку, запихнула в такую глушь! Тетя, приходившаяся очень дальней родственницей по материнской линии, племянницу развлекать была не намерена, а потому девушка бродила по лесу, собирая целебные травы и просто наслаждаясь природой.
Лес всегда манил и восхищал Азиль. Она могла часами бродить по нему, слушая пение птиц, вдыхая терпкие ароматы трав, смолы и хвои… Девушка как раз срезала очередную травку, когда со стороны тропки, с которой она только недавно сошла, послышался какой-то шум. С замирающим сердцем Азиль раздвинула ветки кустарника и посмотрела на тропу.
Источником шума, по всей видимости, был парень, что стоял сейчас на тропинке, поглаживая дрожащую лошадь. Этого юношу Азиль, никогда не жаловавшаяся на память, в деревне не видела, а потому выйти на открытое пространство побоялась. Мало ли кто может встретиться в лесу?
«Ты же будущий маг!» - попыталась одернуть себя девушка, уже минут пять переминавшаяся с ноги на ногу. Жутко хотелось подойти к парню, но и боязно.
Сомнения Азиль развеял сучок. Девушка, решив, что приблизиться все же не отважится, начала отступать, но зацепилась за корягу, спрятанную в траве. Неловко взмахнув руками, юная магесса выпала из кустов прямо на тропинку, метрах в десяти от незнакомца.
Азиль, чувствуя, как щеки заливает румянец, попыталась быстро встать и уйти, но сегодня все определенно было против неё. В левой ноге, очевидно, подвернутой при падении, резко стрельнула болью. И девушка, приглушенно ойкнув, села обратно на землю, растирая ноющую лодыжку. В сторону незнакомца она старалась не смотреть.

+3

6

Не успели они с Сетом толком отдышаться и осмотреться (да хотя бы даже приблизиться к деревне), как откуда-то из кустов чем-то маленьким не больно, но чувствительно прилетело обоим по лицам. Да что ж тут за кусты такие - то медведь, то...
Дети?
"Боги... у них тут по окрестностям спокойно дикие звери ходят, а они детей за окраину играть отпускают!"
В одно мгновение целая банда маленьких головорезов окружила их и радостно запрыгала, попутно продолжая свой гороховый обстрел и грозя палками и веточками. Выглядели они презабавно и со стороны, должно быть, умилительно, но Ингрид чувствовала себя в некоторой растерянности. Она почти совсем... то есть, и впрямь совсем не имела опыта общения с этими юными будущими человеками, и как себя вести с ними представляла довольно смутно. У того же Сета - Ингрид покосилась на варга - это получалось гораздо лучше, вспомнить хотя бы Конфларус...
Но, вроде бы, им подыграть надо (не обращая внимания на писки и горошины этих вредных гномов)? Тем паче, что дети - после стариков - лучше всех собирают различные слухи и сплетни и с удовольствием ими делятся.
Серьезный мужчина лет восьми, тем временем, выжидательно уставился на прибывших.
- Право же, благородные разбойники, вам нечего опасаться нас, - улыбнулась Ингрид, потирая лоб, куда врезалась горошина. - Мы мирные эмиссары... посланники то есть, - поправилась она, заметив на детских мордашках недоумение от сложного слова, - с соседнего хутора и пришли к вам в гости, - торговка присела на корточки рядом с самой маленькой из "нападавших" и, запустив руку в корзинку, протянула ей крепенький румяный подосиновик. - Этого хватит, чтобы выкупить нашу свободу?
Заметив заинтересованные взгляды, переместившиеся в сторону корзинки, Ингрид выудила оттуда оставшиеся два гриба и отдала их главарю, спросив:
- Разрешают вам за деревней-то играть? Мало ли, кого встретишь, вдруг опасность какая придет?

Отредактировано Ингрид (20-05-2012 17:46:57)

+3

7

Большой серовато-белый пес с большой лобастой головой, в котором явно чувствовалась волчья кровь, смешанная с небольшой долей псовой, лениво махнул хвостом, увидев гостью, и отвернулся, вытягиваясь на припекающем Солнце поудобнее. Большие лапы слегка вздрагивали - видно, сон уже схватил собаку в свои крепкие объятия, и где-то в глубине своего простого и верного сознания зверь уже мчался куда-то напролом, видя перед собой серую заячью спину. Будить его Шидар не стала, аккуратно обошла по кругу и подошла к вытиравшей руки об свой добротно сшитый передник Маланье. Смуглая, крепкая, с темными волосами и раскосыми глазами цвета старой еловой коры, она явно выдавала свое южное происхождение, и наблюдательная Лия на миг задумалась, откуда же тогда родом до рези в глазах бледный и светлоглазый Азулас. В прочем, ее интуиция некроманту подсказывала, что и об этом повороте судьбы старика ей еще предстоит узнать, если она еще на пару-тройку дней задержится в деревне.
- Здравствуй, Маланья, - подходя ближе и привычным жестом отбрасывая со лба рыжие прядки, так и норовившие залезть в глаза, произнесла девушка и вдруг замолчала на мгновение, удивленная звонкостью своего голоса. Внезапно пропавший хрип резал острый звериный слух Гаэль еще сильнее, чем его уже привычный отзвук в словах. - Меня к тебе Азулас за молоком послал.
- Вот ведь старый хитрец! - всплеснула руками женщина, снимая с тканевого пояса, надетого поверх светлого платья, связку ключей и ловкими, хоть и загрубевшими от постоянной работы по дому, пальцами выбирая нужный. - Самому ему, видишь ли, идти-то неохота, так он заместо себя девчонку посылает! А силы-то в самом - жеребцу не всякому под стать!
И, выплеснув праведное негодование на своего соседа, хозяйка зазвенела ключами, махнула рукой Шидар, приглашая ее за собой к погребу, уходящему под землю, отперла крепко сбитые деревянные двери и спустилась вниз - Лия, вдохнув прохладный свежий воздух, которым тянуло из-под земли, почувствовала где-то внутри тревожно-приятное ощущение, сходное с тем, что она чувствовала, стоя посреди старого погоста. Все же, как не было тепло под палящим Солнцем, Гаэль куда уютнее чувствовала себя в ледяном дыхании северных ветров.
- Ну-ка, бери, - приказала Маланья, выбираясь из погреба и отдавая своей гостье высокий глиняный кувшин, до краев наполненный молоком. Некромант послушно взяла протянутый сосуд, особо заботясь о том, чтобы молоко не попало на тонкие пальцы с аккуратными овальными ногтями: едва ли жена пастуха смогла бы спокойно отнестись к тому, что все налитое в кувшин не просто скисло бы в одно мгновение, а еще и подернулось бы при этом плесенью. - Так вот про охотничков-то наших… Нет, ты представляешь, поговаривают, что опять кладбище у нас тут расшевелилось!
Забыв о том, что ей нужно быть осторожной с кувшином, Шидар моментально вскинула голову, жадно прислушиваясь к словам. В голове ее сухими горошинами, которые бросают в стену, заметались мысли, ни одну из которой нельзя было бы назвать слишком правильной, но каждая из которых была многообещающей.
"Кладбище? Неспокойное? Да неужто хоть кого увидеть-то удастся…" - торопливо представляя все варианты развития событий, соображала некромант, прижимая глиняный сосуд к груди одной рукой и уже ставшим неосознанным жестом разминая ту точку на лбу, над самой переносицей, что маги часто называли "глазом интуиции". - "Надоели-то мне живые уж, сил никаких нет."
- Шорохи, говорят, по ночам слышны, да капканы кто-то у кладбища камнями закрывает, - пожаловалась женщина своей собеседнице, не услышав никакой реакции на свои слова. - Камр, сына-то мой младший, весь день вчера бушевал, как пришли они с лесу-то - всю дичь у него кто-то напополам поразрывал на тех силках.
- Может, медведь какой пошаливает, - уклончиво сказала Лия, облизнув сухие сероватые губы. - Ну спасибо тебе, Маланья, пойду-ка я, Азулас меня там на ужин ждет. Спасибо тебе и за новости, и за молоко. Свидимся еще.
И, развернувшись на каблуках своих сапог, Шидар легким пружинящим шагом пошла прочь, и только рыжие ее волосы от каждого шага подпрыгивали вверх и били свою хозяйку по спине.
- Ну заглядывай еще! - ответила женщина, снова возвращаясь ко всем неоконченным делам.
Бездельничать Маланья не умела.

+3

8

Ингрид и Сет.
Гороховый обстрел продолжался недолго. Маленькие разбойники совсем не хотели убить своих пленников, просто старались внушить им уважение к своим персонам.
- Это вы должны опасаться нас, а не мы вас, - чуть обиженно заявил «главарь» банды, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал солидно и по-взрослому. А то еще подумают, что он шутит. А это не шутки…у них даже оружие есть!
-А к кому вы пришли в гости? – поинтересовалась одна из девочек, оттерев плечом самого главного разбойника в сторону. Парнишка насупился, но возразить не посмел. Наверное, из опасения получить по лбу здоровенной палкой, наверняка, вывернутой из соседского забора, которая заменяла юной воительнице меч.
Малышка, которой Ингрид протянула гриб, немного смущенно переступила с ноги на ногу, явно не зная, что делать. С одной стороны, грибов в деревне много, да и мама не велела ничего брать из рук чужаков, а с другой… Торговка очень понравилась крохе. Дитя бросило быстрый взгляд на вторую девочку, словно спрашивая у той совета, после чего робко протянуло пухлую ручку и взяло гриб.
- Фпа-фибо, - застенчиво произнесла, почти прошептала девочка. Отсутствие у малышки пары зубов сделало фразу еще более непонятной.
- Хватит, - сказал «главарь, забирая грибы. Впрочем, «боевой трофей» не долго оставался в его руках: дары леса почти тут же отобрала вторая девочка, сестра самой маленькой «бандитки». Кажется, у главаря шайки маленьких разбойников оказалось еще свое собственное начальство.
- А что тут будет-то? – пожал плечами один из мальчишек, до этого молчавший. – Мы окрестности знаем, так что не потеряемся, чай, не дети. Зверье к деревне подходит только в голодные года, и то только зимой, когда в лесу прокормиться нечем.
- Нам только на кладбище старое ходить не велят, -
доверительно сообщил еще один парнишка, тоже не участвовавший до той поры в беседе. – Там, говорят, нежить водится. Только враки это все, - ребенок попытался сделать серьезное лицо, что на самом деле выглядело довольно потешно. – А вы не хотите сходить на нами на погост?
Милая беседа была прервана самым неожиданным образом: самая младшая девочка случайно выстрелила из рогатки горошиной в лоб оборотню. Парень, видимо, решив подыграть малышне, закатил глаза и, как срубленное дерево упал на землю. Ребята испуганно ахнули. А горе-воительница, решив, что убила чужака горошиной, заревела в голос и, бросив свое оружие, побежала к «трупу». Правда, дитяти помешала ветка, о которое кроха споткнулась и полетела вперед.
- Надо это, в рот ему подышать, - заявил один из разбойников.

Лия
Изгибы и повороты тропинки мягко и плавно ложились под сапоги некроманта. Девушка уже прошла почти половину пути до дома Азуласа. Неожиданно чуть в стороне от тропки послышалось что-то, отдаленно напоминающее возню и человеческие стоны. Будто кто-то стонал от боли там, за кустами шиповника.
Если бы некромант раздвинула ветки кустов или просто обошла их, то увидела бы, что на небольшой зеленой полянке лежит человек. Сложно было бы определить на глаз его пол или возраст, но вероятнее, что это все же был мужчина. Вся одежда незнакомца была порвана и пропитана кровью вперемешку с грязью. Когда-то светлые волосы, длиной примерно до плеч, слиплись от пота и крови, превратившись в сбившийся комок. Создавалась ощущение, что кто-то долго валял парня по земле, попутно прикладывая о каждый камень или корягу.
- Помогите… - с губ сорвался полустон-полухрип. На большее сил не хватило. Голубые глаза закатились, а лужица крови рядом с телом стала расти все быстрее.

Небольшое отступление

Если нужно более подробное описание ран. То я могу предоставить его отдельно.

+3

9

Ингрид продолжала дружелюбно улыбаться банде маленьких, но таких самонадеянных разбойничков, деловито забравших ее грибы. Правда, отвечала она им большей частью в мыслях, попутно обдумывая, как бы теперь поаккуратнее с ними распрощаться. На детей у нее не было ни одной заранее заготовленной стратегии поведения, и потому она предпочла бы пообщаться с кем-то из их родителей, даже будь они во стократ менее любезными, чем эти обаятельные, но такие непонятные человечки.
А что тут будет? Ну-у, всякое может быть - вдруг бы из лесу к ним вышел кто пострашнее безобидной торговки и мирного оборотня... Звери не нападают и близко не подходят? Конечно, а медведь на расстоянии менее получаса ходьбы им, должно быть, примерещился. Про кладбище Ингрид и вообще прослушала вполуха - подобных страшных историй о кладбищах в каждой глухой деревушке тринадцать на дюжину. Далеко за примером ходить не надо - давно ли они с Сетом сами такие припоминали?
- Мы пришли посмотреть на вашу чудесную репу, - расплылась в улыбке торговка, наблюдая за забавной перепалкой детей. - Говорят, она у вас просто непревзойденная! И молока купить надо бы... Так что мы к вам по делу. На кладбище мы... в другой раз как-нибудь сходим, - уклонилась она от "заманчивого" предложения, и уже совсем собиралась попросить кого-нибудь проводить к кому из старших, когда Сет, видимо, тоже решивший поиграться, внезапно охнул, вскинув руку ко лбу, закатил глаза и повалился в траву.
Дети испуганно загалдели, а сама отважная убийца варгов пустилась в рев, испугавшись содеянного. Вообще-то, падение вышло у Сета столь убедительным, что в первый миг Ингрид и сама ему поверила.
Ну вот. Теперь, наверное, взрослых и звать не надо - на такой вопль сами сбегутся, да еще и примут за обидчиков дитятей... Торговка быстро перевела взгляд с детей на варга и подавила вздох. Дети примолкли, выжидательно глядя на "труп", и только малолетняя охотница, бросив гриб и "самострел", но упорно продолжая реветь, бросилась вперед, но споткнулась и упала. Ингрид только охнула, поднимая ребенка и мечтая надавать Сету подзатыльников.
- Ну, ну, чего вы испугались? Не бойся, ты его не убила, сейчас он поднимется... - отряхнув дитя, утешающим тоном заворковала Ингрид, обращаясь к малышке, но при этом выразительно глядя на варга. - Вот, смотри... - носком башмака она поддела Сета за ногу.
- Надо это, в рот ему подышать, - с умным видом сообщил кто-то из мальчишек. "Ага. Отличная идея. Ты ее воплотишь, отважный беззубый мститель?"
Торговка присела рядом с варгом на корточки и тихо произнесла сквозь сомкнутые зубы (и сквозь невольно прорывающийся смех - уж слишком нелепо-комичной была ситуация):
- Ну что, мертвец, оживаешь, или и впрямь тебе куда-нибудь подышать? Только учти, дышать, скорее всего, будут крестьяне, сбежавшиеся на рев. И не в рот тебе, а в затылок, догоняя за испуг детенышей...

Отредактировано Ингрид (05-06-2012 11:25:26)

+4

10

Звериный слух Лии заметил странный шорох где-то за кустами шиповника - задержав на миг свой быстрый скользящий шаг, некромант застыла причудливым мраморным изваянием, настороженно вслушиваясь в те звуки, что пробивались сквозь веселое щебетание птиц. Все сильнее ей казалось, что это был человеческий стон, да и колко пульсирующее где-то внутри висков ощущение чужой боли все сильнее убеждало именно в этом повороте событий.
"Зверь, что ли, кого порвал," - немного растерянно подумала Шидар, ставя свой кувшин у большого сероватого камня и с гибкостью змеи пробираясь сквозь шиповник, листья которого казались странно потрепанными. - "Вроде Солнце-то в полудне, какой уж тут зверь… Или у меня совсем со слухом плохо стало, вот и мерещится всякое."
В прочем, спустя еще полминуты Гаэль, пробравшись все же сквозь заросли, убедилась в том, что слух ее по-прежнему не подводит. Лежащий на земле человек, пол которого рыжая все же отнесла к мужскому, уже почти не двигался, и только пальцы его слабо скребли по примятой траве в судорожных попытках за что-то зацепиться. Тихонько присвистнув, Шидар опустилась рядом с ним на одно колено, протянув руку, нащупала двумя пальцами слабый, похожий на биение сердца крошечной птицы, пульс на шее незнакомца, быстро, но цепко осмотрела следы на его коже. Не склонная к сентиментальности как таковой, Лия предпочитала разобраться сразу, стоило ли возиться в этом случае или перед ней уже все равно лежал потенциальный труп.
Ран было много, но все они были достаточно неглубокими - такие заживают за три-четыре недели, и, в общем-то, такой расклад можно было даже считать неплохим, если исходить из позиции "бывает и хуже". Крупных сосудов задето не было, проникающих ранений Шидар тоже не обнаружила. Большинство повреждений явно были нанесены тонкими, наподобие кошачьих, когтями, хотя даже некромант со своим богатым жизненным опытом затруднялась предположить, что же должно было случиться с кошкой, чтобы она так изодрала человека. Кое-где попадались и следы клыков, вошедших в кожу почти на полпальца - но кроме этих совершенно явных следов человеческой неудачливости, Гаэль смущало что-то еще, хотя она никак не могла понять, что именно. Какой-то очень слабый запах бил прямо в сознание, мешая сосредоточиться на всем остальном.
"Вот Азулас-то, поди, обрадуется…" - подумала Лия, поднимаясь с колен и берясь за руки мужчины чуть повыше локтя.
Стало заметно, как напрягаются крепкие мышцы ее спины и выпирают сухие жилы на мускулах рук, обнаженных закатанными рукавами рубахи. Закинув правую руку человека себе на шею, - благо, что был он не слишком тяжелым и ростом немногим выше Лии, так что тащить его волоком особого труда не составляло - некромант пошла по утоптанной тропинке, крепко держа незнакомца одной рукой за пояс. В голове ее мячиками скакали мысли самого разнообразного толка, среди которых особенно веско выделялась одна очень короткая, похожая на щелчок кнута: "Докатилась, мать твою".
В каком-то смысле Шидар повезло - пройти с грузом у себя на плечах ей нужно было уже на порядок меньше половины дороги, да и тропинка вела в основном вниз, со склона холма, так что особой тяжести девушка не чувствовала. Дойдя до избы хозяина, некромант аккуратно уложила свой еле живой груз у крыльца, особо заботясь о том, чтобы человек, которого она с таким упорством тащила из лесу, не захлебнулся собственной кровью, и заорала куда-то в сторону дома:
- Азулас!
Старик показался почти сразу, словно ждал этого крика, не высказывая ни капли удивления, подошел к рыжей, сел на ступеньку крыльца и приоткрыв веки на глазу мужчины, медленно кивнул, убеждаясь, что его зрачок сужается от света.
- Живой, - коротко сказал он, отирая руку от чужой крови о сорванный большой лист подорожника. - В лесу наткнулась?
- В лесу, - кивнула Лия. - Не бросать же, человек, как-никак. Задрал бы его кто-нибудь еще до ночи.
- И то верно, - согласился хозяин, поднимаясь со ступеней и снова скрываясь в доме. До девушки донесся его хорошо поставленный низкий голос с четко прорезающимися командными нотками: - Сейчас раны ему водой промоешь, затем корой дуба, а там перевязать можно было.
Взгляд разноцветных глаз Шидар снова стал холодным, как снег на Ледяной пустоши, но ничего супротив старика она не сказала, снова переводя взгляд на тяжело дышащего человека.
"Выживет," - подумала она мимолетом, откидывая на спину длинные волосы. - "Не за ним Смерть приходила."

+2

11

Ингрид и Сет
- Почему в другой раз? –
поинтересовался кто-то из детей. На Ингрид и Сета тут же уставились глазенки всех представителей маленькой банды. Горе-разбойники, кажется, совсем не понимали, как можно отказаться от возможности посетить кладбище, да еще и в сопровождении такой замечательной охраны.
Дети, увидев упавшего парня, очень испугались. Еще бы! Они убили горохом путника, зашедшего в их деревеньку. Вот родители уши дома надерут… Мальчишки мужественно сдерживали блестевшие слезы. Один из них даже порывался самолично сделать пострадавшему  искусственное дыхание, хотя и не знал точно, как оно делается и зачем вообще нужно.
Восстание варга из мертвых привело детей в полный восторг. Особенно радовалась маленькая воительница, чья горошинка и попала в лоб парня. Подхваченная Сетом на руки, она беззастенчиво обняла оборотня за шею, уткнувшись в неё носом и подозрительно хлюпая. Любой другой на его месте уже обеспокоился бы тем, что находчивое чадо попытается использовать воротник рубашки варга вместо носового платка.
- А если он очень большой и тяжелый, то все равно может? – застенчиво поинтересовалась вторая девочка.
Истории о великой и могучей воительнице Райссе заинтересовали детишек не только своей красочностью, но и практической стороной дела. На Сета и Ингрид градом посыпались вопросы о том, как стать такими же сильными, ловкими и мудрыми.
Незаметно они дошли до центральной сельской площади.
- Вот вы где! – из-за угла одного из домов вывернула женщина средних лет.
- Мама! – завопило мелкое чудо, которое оборотень до сих пор держал на руках.

Лия.
Азулас хлопотал по хозяйству, когда скрипнула калитка, лучше всяких слов говоря о том, что либо кто-то из соседей в гости пожаловал, либо Лия с молоком вернулась. А вот раздавшийся следом крик старику совсем не понравился. Видно, случилось что.
Азулас резво для своего возраста скатился со ступеней и оказался во дворе, где нашел Лию… И окровавленного незнакомца. Цепкий взгляд бывалого наемника быстро определил степень живности пострадавшего. Жить будет.
Уже после того, как недобиток лесной был перевязан и уложен в избе на лавке, Азулас и Лия уселись на крыльце.
- Знакомое дело, девочка, - произнёс старик после долгого молчания. И снова умолк, словно раздумывая. – Видел я раз на человеке следы такие. Не к добру это, поверь наемнику, не в одной переделке участвовавшему. Я такие следы один раз в жизни и видал, да и то тогда мы одного из отряда потеряли, а еще двоих покалечило. Видать, не зря охотнички наши говаривали, что воет кто-то на кладбище старом. Я ведь грешным делом подумал сначала, что показалось им. Погост-то заброшенный. Откуда там какой дряни поселиться? Ошибся, старый. Не маг я, да одно скажу, надобно нам теперь колдунов звать или наемников. Лихо это так просто само не отстанет, как засохшая грязь не отвалится.

+3

12

Где-то тут должна была быть деревня. Наверное. Если составитель этой чёртовой карты сохранил хоть что-то наподобие совести и расположил точечку и подпись населённого пункта в верном месте. Впрочем, только и оставалось, что надеяться на это.
Харвин вздохнул и продолжил уплотнять ногами пыль дороги, двигаясь, предположительно, в направлении деревушки. Вот на кой ляд он сюда сунулся? Заблудиться можно на раз, как можно и попасть в абсолютно другое место. Но вот – он совершенно случайно встретил охотников. И, как любой порядочный странник, разузнал последние слухи. И пришёл к выводу, что в этой деревеньке, которую, видимо, могут найти лишь избранные, творится что-то неладное. Да, он не был героем и рыцарем, готовым уничтожить орды чудовищ и спасти прекрасную принцессу. Он был тем, о ком в таких легендах умалчивают. Тем, кто был готов помочь «герою и рыцарю» залечить раны, приготовить зелья, способные дать ему в бою хоть какое-то преимущество и принять за это скромную благодарность. Возможно, в денежном эквиваленте.
Конечно же, возникает вопрос: а откуда этот герой возьмётся? Насчёт этого Харвин иллюзий не питал. Не он один интересуется слухами. Рано или поздно найдётся рыцарь в сияющих латах. Или наёмник – Харвину было как-то до лампочки. И вот тут он попытается предложить свою помощь. Ай, бес с ним – хотя бы безвозмездно: Харвин не был равнодушным ублюдком с осколком льда вместо сердца, и ему будет достаточно знать, что хотя бы люди перестали пропадать без вести. Ведь жизнь – это и ничто, и всё. Ты можешь сколь угодно равнодушно относится к возможной смерти – но близкие тебе люди воспримут твою гибель весьма… Трагично. Как хорошо, что у него нет близких.
Нет, похоже составитель карты сохранил остатки совести. На дороге стояла группа людей, в том числе дети, которые явно возомнили себя разбойниками. Иначе как объяснить, что они нарядились в одежду, которая обычно од… Нет, такое не одето. Такое свисает с разбойников. И они были вооружены подобием лука из ореховой ветки. Ветки явно молодой, а потому непропорционально тонкой к концу. Стрелы были примерно такие же.
Люди ещё могли быть здесь проездом, но, как известно, дети на пустом месте не возникают. И наличие этих сорванцов как бы намекало, что рядом находится поселение. А поселение в этих краях было лишь одно. Та самая деревушка.
Люди наконец решили обратить на него внимание, и Харвину ничего не осталось, кроме как улыбнуться и поднять руку в приветственном жесте. Конечно, это был не объект его поиска… Но элементарную вежливость соблюдать следовало. К тому же, хорошая компания – это всегда приятно. Ну, если она не начинает надоедать.

Отредактировано Харвин (01-07-2012 13:20:42)

+3

13

Триумфальное прибытие их резко расширившейся компании в деревушку было очень странным. Впереди шел кто-то из донельзя довольных своей важной миссией проводника старших детей, указывая дорогу, за ним - окруженный толпой прочих - Сет, все еще державший на руках давно забывшую про слезы младшую разбойницу. И с самым серьезным видом повествующий о тысяче и одном, явно выдуманном тут же, на ходу, подвиге "королевы воинов Райссы". И замыкала шествие Ингрид, прислушивающаяся к разговору и то и дело сдерживающая смех.
"Райссе было бы очень, очень лестно узнать о том, как она в одиночку сокрушила армию северных бандитов, железных птиц Рагнора, девятиглавую болотную гидру и того льва, шкуру которого теперь носит на плечах. А лучшим придворным поэтам и трубадурам Альтеи определенно следует удавиться от зависти - врать с таким же честным и вдохновенным лицом они точно никогда не научатся", - размышляла торговка, наблюдая за тем, как "умудренный жизнью и опытом" варг рассказывает малышне о тех героических сражениях, в которых ему довелось побывать плечом к плечу с прославленной воительницей.
Мешать ему она не собиралась - ну когда еще такое услышишь? Даже поддакивала в нужных местах, если кто-то из детей обращался к ней за подтверждением Сетовых сказок. Идиллическая картинка вышла образцово-показательной...
Деревушка ей тоже соответствовала: полтора десятка, не больше, деревянных домишек, косоватый забор, огораживающий поселение, яблони, клонящие тяжелые ветки через низенькие ограды, приветственный собачий лай. От одного из домов, заметив их, поспешно подошла женщина, вглядываясь в лица незнакомцев - вроде бы и дружелюбно, но с читавшимся в глазах напряжением.
- Мама! - малявка требовательно запрыгала на руках у варга, и Ингрид поспешила выйти вперед, пока женщина, не дай Творец, не решила вдруг (мало ли?), что они намерены чем-то обидеть ее драгоценного детеныша.
- Доброго дня вам, - улыбнулась торговка, щурясь на женщину против солнца. - Мы от Крамла, соседа вашего с хутора, в гости зашли да за покупками - уж очень плоды ваших рук старик уважает, мол, никогда таких не выращу. Да и детишки у вас милые... приветливые, - пожалуй, полностью скрыть иронию в последнем слове ей все же не удалось. Простая и безыскусная, почти неприкрытая лесть в общении с поселенцами, живущими вдали от городов, выручала Ингрид чаще всего. - Меня Ингрид зовут. А это Сет... - она повернулась было в сторону Сета и на мгновение смешалась: от ближайшего со стороны леса заборчика им приветливо махал рукой еще какой-то человек, подходя ближе. Вроде не местный, судя по дорожной одежде, и, наверное, спешащий сюда по тем же делам.
Ингрид дождалась, когда парень подойдет поближе и сделала паузу, давая ему возможность представиться, а женщине сообразить что к чему, и откуда в их маленькой деревушке столько новых лиц.

Отредактировано Ингрид (02-07-2012 23:56:24)

+5

14

Разноцветные глаза Лии вспыхнули задумчивым интересом, однако в их кристальной глубине оставалось все же какое-то неясное сомнение - не раз видавшая потустороннюю дрянь на кладбище размерами от скромной костянки длиной в указательный палец и до костяного дракона в пять человек ростом, все же она не могла понять, что за зверь мог оставить такие странные следы.
"Следы почти кошачьи…" - думала некромант, разглядывая бледного до известкового оттенка незнакомца, в котором словно не осталось никакой крови, а все вытекло на черную землю. Она сидела на краю кровати, положив руку на лоб светловолосого мужчины, оттягивая тем его боль на себя, и медленно лицо человека светлело, теряя выражение муки. - "Поговаривали раньше, что бывают не-мертвые с клыками и мордой, похожими на рысьи, но ни разу я не слышала, чтобы у них были когти. В прочем, леший его знает, что у них творилось на этом погосте, может, там какой дурак жертву кровавую додумался принести, вот Смерть и взбеленилась. Хотя, конечно, со стороны трезвого взгляда на жизнь это забавно - едешь черт знает куда, а приезжаешь все в тот же бедлам с неупокоенными и не вполне здоровыми живыми. Судьба, что уж не говори…"
Вздохнув, рыжая встала, гибкая, легкая, словно кошка, потянулась, немного прогибаясь в спине и отошла к окну светлицы - посмотреть, что творилось за крепкими, на века сбитыми деревянными стенами. Прямо под окнами прыгала стайка деловитых воробьев, и Лия, вытащив из кармана холщовых брюк зачерствевший кусочек лепешки, покрошила его вниз, приоткрыв ставни - вся птичья орава весело бросилась подбирать крошки. Вытянув обе руки перед собой, Гаэль критично посмотрела на тонкую ткань рубашки, по которой было явно видно, что она как минимум далека от стерильности. Однако вот смены одежды у некроманта не было - только сегодня утром она ее выстирала и повесила сохнуть по-над стеной на протянутой бечеве.
- Азулас! - окликнула она старика, вытаскивавшего из каменной печи с резными изразцами глиняный горшок с похлебкой, повернулась к нему на каблуках высоких сапог. - Нет у тебя одежды какой? Эту-то стирать надо, я пока этого досюда дотащила, чуть ли что сама в грязи не извалялась.
- А то как же, - усмехнулся одними глазами цвета горного льда старик, отставляя горшок на стол и в угол ставя ухват на длинном черенке, отер крепкие тяжелые ладони о ткань брюк. - Пойди-ка вот туда, - он указал на дверь, ведущую в соседнюю комнату, - возьми с палатей сверток, там одежда моей покойной жены как лежала, так и лежит. Поди, как раз тебе в пору придется, она у меня статной была.
Бросив еще один внимательный взгляд на старого наемника, некромант молча вышла из комнаты, на ходу расстегивая костяные пуговицы рубашки, и хозяин слышал, как шуршит плотная ткань свертка, который достала девушка. Сев за стол, он подпер тяжелую голову рукой и, обратив свой взгляд на дверь, стал ждать, пока выйдет его рыжая гостья - чувствовалось, что терпения ему не занимать.
Подхватив всю свою одежду, Шидар стремительными шагами вышла к старику, сбросила ком ткани на пол, справедливо решив, что постирать ее можно и потом, уже после того, как они пообедают. Длинное темное платье с серебристой отделкой странно изменило худую поджарую фигуру Лии, на миг вернув ей давно уже забытое очарование древнего дворянского рода - словно не было разорившегося прадеда и десятка лет скитаний по Империи, а где-то в дне езды от столицы ждал ее высокий каменный замок с черной кровлей. Рассеянно улыбнувшись, Гаэль подхватила подол и опустилась на высокую деревянную лавку по левую руку от старика.
- Ты говоришь, кладбище у вас тут есть неспокойное? - спросила она, беря деревянную ложку и подвигая к себе глубокую плошку, в которую хозяин уже успел налить густой похлебки. Старый наемник, чуть повернув к рыжей голову, кивнул, соглашаясь с тем, что такое он действительно говорил. - И где же оно запрятано-то, что этот дурак через него смог пройти, а я, два дня по этим лесам шла, но так на него и не наткнулась?

Отредактировано Лия (05-07-2012 20:00:14)

+3

15

Ингрид, Сет, Харвин
- Далила, -
представилась крестьянка, сердито глянув на детишек. Маленькие разбойники правильно, а главное быстро, поняв намек, врассыпную удалились. – Не замучали вас наши шалопаи?
Завязывалась беседа. О природе, погоде и ценах на пшеницу. Не слишком интересная, но все же лучше, чем неловкое молчание. 
От околицы к группе поспешал парень, которого Далила приняла за знакомого врага и торговки. Иначе с чего бы ему махать им рукой? Все тихо, мирно и обыденно.
Мимо торопливо прошел Харагд, местный охотник. Судя по напряженным плечам и залегшей между бровей складке, сильно чем-то озабоченный. Далила, будто бы невзначай проследила за ним взглядом: любопытство в этой женщине, как, впрочем. И в большинстве деревенских жительниц, было неискоренимо. Мужчина зашел в дом Айи, недавно приехавшей с мужем в их деревеньку из города.
Прошло меньше четверти часа. Минут пять, не более. Дверь домика Айи распахнулась, так громко ударившись о косяк, словно ее кто-то открывал ударом ноги. Айя испуганной птицей вылетела на улицу, истошно вопя: «У-у-у-ууубили-и-и-и!» Следом выбежал Харагд, попытавшись перехватить явно обезумевшую от горя женщину. Айя в последний момент извернулась и побежала по улице по направлению к околице, где виднелась группа охотников, возвращающихся в деревню. Далила ловко перехватила Айю за запястье и притянула к себе. Куда более мелкая, та все же пыталась вырваться, но безуспешно. Женщина тяжело разрыдалась, все повторяя «убили, убили».
- Что случилось? – строго спросила Далила у подбежавшего Харагда.
- Муж ее того… - мужчина замялся и развел руками, почему-то не сумев сказать «умер» или что-то в этом роде. Наверное, он еще и сам не осознал случившегося.

Лия
-Неспокойное, -
ровно подтвердил старик, задумчиво пожевав губами. Пару минут он думал, будто пытаясь сам для себя составить в голове картинку. – Там пакость какая-то завелась по слухам. Говорят, воет там что-то. Погост-то заброшенный. Она берегу реки стоял, могилки крайние подтапливать начало, вот и оставили место. Там лес вокруг густой, да и тропок поблизости нет. Ты ведь в бурелом-то, небось, не совалась, красавица? – с толикой ехидства поинтересовался Азулас. – А этот оболтус, видать, куда-то в самые дебри залез.
Откуда-то из-за окна послышался истошный женский вопль. Азулас вскочил из-за стола, едва его не опрокинув. Табуретка от резкого движения старика не устояла и с глухим стуком упала на пол.
- Это еще что там такое? – Азулас сердито нахмурился и пошел на улицу – развелывать обстановку. Так как та женщина люди кричат только от невыносимой боли или горя. Что-то случилось.
Дверь захлопнулась за спиной старика, вышедшего на улицу, даже не утруждая себя обуванием.

Морган
Незнакомец под Азиль зашевелился, руки его оказались у красавицы чуть ниже талии.
- Ах ты, извращенец! – завизжала она и залепила в инквизитора заклинанием. Кажется, чем-то связанным с болью. Юная магичка, вскочив, побежала, заметно прихрамывая на левую ногу, к деревне. Надо позвать мужиком, пусть разберутся.
Позже парня, предварительно накостыляв в ему в целях профилактики покушений на девичью честь, заперли в старостином сарае местные крестьяне.

+2

16

Харвин всё той же неторопливой походкой подошёл к группе людей. Впрочем, как сказать – неторопливой… Неторопливой она была лишь для Харвина. Для других же людей это был быстрый шаг. Что поделаешь, лекарь уже привык ходить так. И на лестницах перемахивать через ступеньку, а то и через две разом. Он улыбнулся, припомнив, как при одном из таких восхождений порвал себе штаны, подбросив массу поводов для смеха своим друзьям…
Люди сделали паузу в разговоре, и лекарю не осталось ничего иного, кроме как улыбнуться и сказать:
-Добрый день.
Что ещё к этому добавить – Харвин не знал. Может, людей интересовало его имя и род деятельности… А может, и нет. Может, они повернулись к нему исключительно из вежливости. Так что лекарь стоял, доброжелательно улыбаясь и выжидая действий со стороны собеседников.
И вот, у них даже начал завязываться разговор. Они даже представились друг другу… И тут же вся идиллия была нарушена. Громким, пронзительным женским воплем.
Харвин резко повернулся на звук. От домика бежала женщина и вовсю голосила, за ней гнался мужчина. По-видимому – муж. Сцена сравнительно обыденная… Если бы женщина не вопила одно короткое слово.
«Убили!»
Женщина из их компании, судя по одежде – местная, поймала заплаканную девушку за запястье и строго вопросила о ситуации. Ответ был дан подоспевшим мужчиной.
Харвин выдохнул. М-да, весело у них тут. Мало того, что нежить – так ещё и убийца завёлся… Или это…
Лекарь невольно сжал рукоять меча у себя на поясе. Да уж, такой скорой встречи с объектом поиска он никак не ожидал… Или не с ним… Стоп. Это надо таки выяснить.
-Кто убил? Кого убил? – коротко, вроде как и не строго, но решительно спросил Харвин. Если это дело рук убийцы – то деревенские разберутся сами. Если же это нежить… Врага надо знать в лицо.

Отредактировано Харвин (28-08-2012 23:15:19)

+3

17

Ситуация постепенно входила в привычную для торговки сонно-спокойную колею: замотанная бытом, и потому жаждущая  нового общения крестьянка, представившаяся Далилой, милые сорванцы-детишки, продолжавшие прыгать вокруг Сета (очевидно, оборотень им понравился), неспешные разговоры о ценах, погоде, урожае и поломанном плетне старого соседа. "Светскую беседу" поддержал и новоприбывший, назвавшийся Харвином.
Подобные темы Ингрид, наверное, могла бы поддерживать даже в состоянии глубокой комы или эпического алкогольного опьянения, так что, продолжая мило болтать, не переставала оглядывать деревню, надеясь увидеть что-нибудь интересное. Деревня, однако, ее разочаровала: ничем привлекательным для торговки она не выделялась.
Ингрид совсем было хотела уже перейти к тому, что ее непосредственно сюда и привело - к покупкам - и начала уже прощупывать почву на предмет продажи драгоценной репы, когда из стоявшего неподалеку домика донесся истерический женский вопль.
Ну конечно же. Нельзя просто так прийти в незнакомое место, чтобы там не случилось какой-нибудь неприятности. Это уже закономерность какая-то...
Выбежавшая из дому женщина, отчаянно рыдая, кричала что-то об убийстве, мужчина, шедший вслед за ней, мялся и пытался что-то бормотать, Далила и Харвин на два голоса расспрашивали крестьянку о происшествии... Ингрид встревоженно покосилась на Сета, взглядом призывая его не вмешиваться - мало ли что там, кажется, мирная деревушка оказалась вовсе не столь спокойной, каковой выглядела - но насколько оборотень ее понял, оставалось тем еще вопросом.

Отредактировано Ингрид (01-09-2012 09:53:38)

+3

18

- А почто мне туда лезть-то? - совершенно искренне удивилась Лия, вновь вставая из-за стола - мужчина, притащенный ею в дом, снова застонал, и девушка, сама удивляясь прорезавшейся вдруг душевности, вновь отирала его лицо чистой тряпицей, смоченной в травяном настое. Горячие руки умело утешали боль, что терзала молодое и сильное тело. - Я коня своего и сюда-то еле привела, он и в лес идти не хотел, а уж в эти заросли, где сам леший заплутает - извольте видеть, не сунусь даже. Тише, мóлодец, тише, все пройдет…
Стон человека стал тише, а затем и вовсе затих, заблудившись в высоких стенах избы, и Шидар, оставив вымоченную в воде повязку на его лбу, встала с края кровати, уже собираясь вновь сесть за стол - да только, видно, все же не судьба им сегодня с Азуласом была спокойно пообедать, ибо мир вокруг определенно не собирался уменьшать количество сюрпризов. Из оцепенения, которое накрыло Гаэль, когда она услышала отчаянный женский крик за окном - не иначе, как кого-то убивали - вывел грохот упавшего от резкого движения наемника стула.
- Да чтоб вам всем пусто было! - в сердцах выругалась девушка, подхватывая свой посох, что, мирно стоя в углу, казался не страшнее обычной палки, пристукнула им по деревянному полу, словно желая убедиться, что металлический наконечник не соскользнул, и вышла на крыльцо вслед за хозяином дома.
Ходил старик не по годам размашисто и быстро, и даже стремительная Лия нагнала его уже тогда, когда Азулас почти дошел до места свершения стремительно разворачивающихся событий. Окинув цепким взглядом разноцветных глаз собравшуюся на импровизированной площади публику, девушка убедилась в том, что глухая деревенька вдруг стала пользоваться совершенно внезапной популярностью. Взгляд рыжей нашел двоих, что явно выделялись из общего колорита крестьянского типажа, одной из которых была коротковолосая девушка, похожая скорее на подростка, чем на взрослую женщину, второй же - русый юноша. Судя по тому, что держались они вместе, воровская прозорливость Лию не покидала.
- Убили, убили, убили… - уже почти успокоившись, упившись до края своими слезами и болью, всхлипывала хрупкая женщина, которую крепко держала за руку крестьянка на вид чуть постарше. Умный Азулас, которому на своем веку много чего пришлось повидать, смекнул сразу, что от нее толку сейчас будет мало, а потому кивнул своей гостье, взглядом указывая на мнущегося рядом с женщинами охотника, высокого человека с короткими волосами и длинным шрамом на левой щеке. - Убили…
- Что не день, то интереснее, - негромко произнесла Гаэль, обращаясь явно в первую очередь сама к себе, и ловко проскользнув между двумя мужчинами, стоявшими на ее пути, пошла вслед за стариком. Когда она подошла так близко, что крики, стоны и слова утешения в адрес бедной женщины не мешали расслышать отрывки разговора, то смогла разобрать, как спокойно и в тоже время властно старик расспрашивает своего собеседника. - Отдых удается.
- Тело нашли, исполосованное все, тут версты три до него идти, - сбито объяснялся Харагд, с некоторым подозрением косясь на подошедшую девушку, что встала по левую руку от Азуласа. - Капканы проверяли, а он там и лежал, в крови весь…
- Девочка, сходи-ка ты посмотри, - обратился к рыжей старик, не слишком-то интересуясь об этой затее ее мнением. - А я тут поспрашиваю покуда. Харагд! Отведи ее, где тело нашли, по дороге все расскажешь.

+2

19

Относительно мирное пребывание инквизитора в запертом сарае, нарушил громкий полный отчаяния женский вопль. Вскочив (насколько это реально с ноющими при каждом вздохе ребрами и саднящими "ушибами"), с соломы на которую его весьма "любезно" водрузили горе-защитнички этой припадочной, и снова принялся колотить в двери сарая взывая к благоразумию деревенских.
Правда, две предыдущие попытки докричаться до них так ни к чему и не привели. Его просто не стали слушать и всей толпой, еще не отошедшего от пакостного заклинания Азиль, заломали предварительно почесав об него кулаки. Против толпы, что говориться не попрешь сильно, особенно если никому навредить не хочешь.
- Эй! Эй! Что там происходит? Да, выпустите меня уже наконец! Я представитель инквизиции! Есть тут кто вообще? - сдабривал Морган сию тирраду, пинкапи и ударами в многострадальные двери сарая.
Собственно, Огонек уже даже зарекся помогат незнакомым девушкам "выпадывающим" из леса, и совершенно не умеющим в седле держаться. Нет, ну не по доброте душевной же эта Азиль на него с лошади сверзлась? А ведь он всего-то и хотел её до деревни подвезти...
- Люди-и! Да, разуйте же глаза наконец, Триединого ради! Откройте!!
Интересно, сколько еще придется Дрэку в двери барабанить, прежде, чем до него снизойдут и таки выпустят?
Да и не от хорошей жизни так громко вопят: "Убили!"
А вот кто, кого и как убил разбираться уже по ходу нужно. Только, для начала, из сарая выбраться нужно. Ну не магией же двери вышибать ей богу! Еще в придачу к дверям половина деревни сгорит.
Вот и продолжал Морган упрямо "бороться" с дверями, пробуя на прочность и их и собственные плечи.

+2

20

Харвин, Ингрид, Сет, Лия.
Харагд потер переносицу, огляделся на присутствующих, после чего приступил к спутанным объяснениям:
- Такое ощущение, что он волкам на зуб попался, - охотник почесал затылок. – Все вроде сходится: и следы серых, и раны на теле вроде похожи. Верно, стая тут у нас лютует.
- Мало нам дряни на кладбище, так еще и это! –
Далила сердито потрясла кулаком перед лицом Харагда. – У-у-у-у! Охотнички!
- Остынь, -
один из мужчин, что шли от ворот, отделился от компании, подошел к женщине и положил руку ей на плечо. – Тут дело нечисто: среди следов волчьих имеется человеческий, и, коль знать хотите, не Сарта это отпечаток. У него нога поболее будет, – мужчина задумчиво посмотрел на присутствующих. – Да и тело волки почему-то бросили, не доели. Кто-то их спугнул, видать. Только кто? – взгляды крестьян устремились на гостей деревни: все они пришли сегодня, все они могли что-то видеть.

Лия
- Ну пошли, красавица,  -
махнул рукой Харагд. – Только поганое это зрелище. Крови много да и прочего.
Мужчина повел некроманта к околице, сразу за которой свернул на малоприметную тропку, ведущую к лесу.
- Странно, да? Волки отчего-то на человека бросились. Век тут такого не бывало. Серые ж они к жилью подходят у нас редко, разве в лютую зиму, когда в лесу еды не хватает. – Харагд отвел в сторону ветку, чтобы она не хлестнула идущую за ним Лию. – И кладбище наше неспокойно стало.

Морган
- Ну чаво вопишь-то? Чаво голосишь, как будто тебе в штаны угольев сыпанули? –
за дверью послышался шамкающий голос. – Ты ишо головой побейся о дверь-то, авось откроется, - говорившая остановилась, послышалось шебуршание, свидетельствовавшее о том, что кто-то пытается снять с двери засов. – А ну отойди, дурная твоя голова! Инхвизитор! А чушке березовой поддался! – засов со стуком отошел в сторону, дверь открылась, являя Огоньку бабку, непонятного возраста: может, лет восемьдесят, а может и за двести артефакт. – Ну выходи ужо, пугало огородное.

+2

21

Ингрид слушала внимательно.
Ингрид слушала очень внимательно.
Ингрид слушала с прямо-таки неослабевающим вниманием, и ей позарез не нравилось то, что она слышала.
– ...среди следов волчьих имеется человеческий, и, коль знать хотите, не Сарта это отпечаток. У него нога поболее будет. Да и тело волки почему-то бросили, не доели...
Девушка невольно переглянулась с Сетом. Волки-которые-не-волки-а-в-чем-то-люди, были обоим более, чем знакомы. Оборотни? Но разве варги бродят стаями? Да и на людей, насколько знала Ингрид, нападали только проклятые. Но... целая стая проклятых волков в окрестностях деревни?! С чего бы, откуда? Тогда люди предварительно начали бы пропадать десятками, которых вряд ли в этом селеньице и четыре-то наскребется. Да и испуг и беспокойство крестьян выглядели отнюдь не поддельными.
Беспорядки на кладбище, проклятые волки... медведи по кустам бродят! Не много ли неприятностей на одну деревеньку?
- Кто-то их спугнул, видать. Только кто? - торговка только теперь заметила, что взгляды жителей волей-неволей переместились на них и Харвина.
Лучше было не рисковать.
- Не мы, - честно отозвалась Ингрид. - Ничего из таких ужасов мы по пути не видели. Да и дошли бы мы до вас иначе - с соседнего-то хутора? Меня еще волнует - как назад добираться будем... Планировали к вечеру назад вернуться, а по темноте идти, когда у вас тут такое творится... - и впрямь не улыбалось. Думали пройтись, развеяться, подальше от проблем... как же! Но возвращаться к Мерсеру теперь лучше и впрямь с утра пораньше - благо, вряд ли он всерьез начнет волноваться по поводу их отсутствия за столь малый срок. - Не пустите на постой, а то страшновато..?
Заодно и закупиться можно будет. Назавтра-то.

Свернутый текст

С Сетом временно выбываем из квеста.

Отредактировано Ингрид (01-10-2012 20:34:35)

+2


Вы здесь » ФРПГ "Трион" » Отыгранные эпизоды » "Немного погодя люди стали замечать, что Гламу не лежится в могиле."


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC