ФРПГ "Трион"

Объявление

Смутный час между волком
и собакой меняет очертания привычного мира. Свет сменяется тенью, форма - мороком, а пение птиц - тихим шипением стали, выходящей из ножен. Лишь одно остаётся незыблемым - люди. Только люди не меняются никогда...
Оказаться не в том месте, не в то время - достаточно паскудный способ добыть себе неприятности. Так сложились обстоятельства...
читать дальше
Довольно известный исследователь-историк, имя которому Рангоригасту Гржимайло, нашел в горах Малого хребта неизвестную доселе шахту... читать дальше
Путь к ущелью К'у и Ла был тернист и долог: недоброжелательные леса духов кишели смертельными опасностями... читать дальше






01.04.18: Неожиданно, и очень символично с точки зрения календарной даты, на форуме появился новый дизайн. ;)






По техническим причинам, мастера не сумели
вовремя заполнить этот раздел. О, ирония...
Предыстория:

Некогда гномья пророчица Валлана предсказала наступление Конца Света и разрушения Мира в 1000 году. Предсказание было небольшим, но настораживающим: «Когда Столпы Равновесия исчезли, Пустота, расправив крылья и выпустив когти, вторглась в Мир. Увлеченные вечными распрями, ненавистью и жаждой наживы, одурманенные ложью Высших, живые создания не заметили опасности, оставаясь слепыми и глухими, потому что не хотели видеть и слышать то, что было им противно. Когда же беда стала столь очевидна, что спрятать ее уже не удавалось, Мир пал в бездну хаоса и завершил Круг Жизни».
Пергамент, описывающий сие событие, неожиданно нашелся архивариусом в одной из закрытых библиотек Северинга. Правда это или нет, и что конкретно имела в виду Валлана, никому не известно — сама пророчица была слишком стара и спокойно умерла, не дожив до нынешних дней и не оставив более никаких сведений.
Гномы посчитали Пророчество слишком непонятным, чтобы сразу начать пугать им жителей Триона, и расшифровать все сами, но, как известно, любые тайны имеют свойство странными путями просачиваться и распространяться среди простых смертных. Вот и Пророчество Валланы стало достоянием гласности, переходя из уст в уста и пугая слишком впечатлительных обитателей всех трех материков Триона. Мало того, в последнее время в Немоне объявилась секта «Видящие Истину» напрямую проповедующая Конец Света и призывающая жителей к покаянию.

Настоящее. 998 год.

Всего два года остается до предсказанного великой гномьей Видящей Валланой конца мира. Империю заполонили лжепророки, обещающие спасение, все чаще слышны голоса некромантов, ведьм и приверженцев разнообразных оккультных сект, поклоняющихся Пустоте. Из уст в уста передаются слова предсказательницы: близок последний час этого мира. Кажется, сам Творец отвернулся от Триона, оставив его на грани хаоса и безумия.
На фоне всего этого немудрено и потерять себя. Как произошло это с молодым императором Велерадом, и без того получившим серьезный удар в виде трагической потери семьи более, чем десять лет назад. Понимая, что власть и порядок в огромной стране удержать становится все сложнее, снедаемый, к тому же, ненавистью ко всем, кто не является человеком и считающий нелюдей виновными в приближающемся Армагеддоне, некогда рассудительный правитель пошел на безумные меры.
Все нелюди в Империи — от светлого эльфа до последнего гоблина — новым указом Велерада объявлены вне закона. Не имеющие ни гражданских прав, ни защиты, они должны покинуть пределы страны или быть переселенными в специально созданные резервации, в противном случае они будут преданы смерти. Гонения на нелюдей объявлены официальной политикой Немона, городской страже, ордену Тюльпана и даже членам ЛИГ вменяется в обязанности, ко всему прочему, арестовывать или казнить (в случае открытого сопротивления) любого представителя нелюдской расы в любом уголке Немона или потворствующего ему человека. Вчерашние соседи могут в любой момент стать врагами.
Новые порядки поставили Империю на грань гражданской войны. К нелюдям и прежде шло враждебное отношение, а ныне, подписанный самим Императором, указ вовсе развязал руки самым отъявленным расистам. Многие поддерживают Велерада в его ненависти, но пограничные аристократы, встревоженные волнениями на границах со степью Орр'Тенн или лесом Сильве, некоторые члены ЛИГ, Академии Магии и Торговой Гильдии, недовольные напряженной политической ситуацией, считают императора опасным безумцем, действия которого приведут страну к окончательной гибели. Выбор между верностью трону и тем, что считается благоразумным, особенно тяжел в преддверии конца мира, но неумолимо близок.
Возмущенные агрессией Немона, представители независимых государств, находящихся в торговых, союзнических или нейтральных отношениях с Немоном, - эльфы, темные эльфы, гномы - в панике шлют сообщения в Неверру и Каторию, будучи практически не в состоянии защитить своих соплеменников в Империи. Воинственные орки, воодушевленные возможностью захвата новых земель, светлые эльфы Довеллы, ведомые волей своей амбициозной ксарицы, остававшиеся доселе в тени вампиры собираются в ожидании падения колосса Империи.

О скипетрах Сильерны (побочная сюжетная ветвь):

Три Скипетра издавна были переданы самой Сильерной эльфийским кэссарям, как самым мудрым представителям из созданных на Трионе рас. Скипетр Заката хранился в Храме темных эльфов в Шьене, Скипетр Рассвета — у Светлых в Довелле, Скипетр Полудня — у лесных эльфов на алтаре в лесу Сильве. Ходят слухи, что когда-то существовал и Скипетр Полуночи, переданный людям, но сведения о нем не сохранились, и легенда осталась лишь красивой легендой, не более. Установленные на алтарях Скипетры поддерживали энергетическую структуру Триона, обеспечивая соблюдение баланса сил, и не давая Пустоте поглотить энергию Теи.
Однако два года назад Скипетры были похищены. Эльфийские кэссари приняли решение утаить истину от подданных и заменили настоящие реликвии на поддельные, пока настоящие не будут найдены и возвращены на место. О сохранности и целостности самих реликвий эльфы не беспокоились, ибо уничтожить Скипетры нельзя - созданы они не простыми смертными ибо несут в себе частичку божественного, но вернуть их требовалось как можно скорее — структура мира нарушилась, Твари Пустоты получили возможность проникать в мир Триона в местах, где ткань Теи истончена, и скопилось много негативной энергии.
Время шло, поиски результатов не приносили, мало того, то здесь, то там стали объявляться неизвестные монстры, нападающие на людей. Кое-кто связывает их появление с изреченным Валланой пророчеством и говорит, что они являются самым явным предзнаменованием надвигающегося конца Света.




01.04.18: Плюшки! Проанализировав последние отыгрыши на Арене и в Сюжетных эпизодах, было принято выделить достижения лучшего, на наш взгляд, игрока! За его смекалку, храбрость и великий потенциал, мы награждаем непревзойденного мастера Огня и Пламени, Диохона, артефактом мифической редкости - Великой Перчаткой...
Повелись? С первым апреля! :3

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ФРПГ "Трион" » Отыгранные эпизоды » О неисповедимых путях Триединого


О неисповедимых путях Триединого

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Дата эпизода:конец Первозвона
Местонахождение: Великая Империя, отделение ОБТ, темницы
Участники: Гидеон Шпренгер, Ллинара Эйдан в качестве ГМ
Краткое описание: неисповедимы пути Триединого и не знаешь, кто в сложный момент протянет тебе неожиданно руку помощи. Не угадаешь, кого встретишь в застенках Ордена...
Эпизод является продолжением эпизода О безбрежной любви, что является именем Бога

0

2

http://s3.uploads.ru/t/KkSve.png
Хельга

Хельга по приказу начальства вынуждена была отправляться работать в темницы. Она плохо справилась с поручением, так что должна была получить наказание. Пусть этого не сказали ей прямо, как любил выражаться один ее знакомый – в лоб, но девушка прекрасно понимала, почему вместо уже ставшей привычной работы курьера Ордена отправляется помогать тюремным надзирателям.
Выбирать Хельге не приходилось. Откажись она – и тут же окажется за ворота Ордена, на вольных хлебах, где ей вряд ли светит что-то хорошее. Со временем, конечно, можно приспособиться, но первое время будет очень тяжким. Девушка не жила вне Инквизиции, а затем Тюльпана. Не представляла каково это – не иметь того, на кого можно опереться в случае чего. На Тюльпан было можно, хотя ив очень ограниченных рамках.
Хель уже приходилось бывать в темнице. Видеть узников, кричащих вслед похабства и оскорбления, особенно, когда они видели, что по темному тюремному коридору идет, втянув в голову в плечи и пытаясь не слушать криков, и стараясь проскочить как можно быстрее всего лишь девчонка. Некоторые тянули к Хель руки, пытаясь ухватить ее. Одному безумцу это даже удалось, хорошо, что подоспел надзиратель, иначе, наверное, все не закончилось бы синяком на запястье, еще долго нывшим.
В этот раз мало что изменилось. Все те же крики, несшиеся вслед Хельге, торопливо шагавшей с миской еды мимо узников. Заключенных стало еще больше. К тем, кто оказался тут еще при Святой Инквизиции, прибавились те, кто пытался воспротивиться падению её колосса. Инквизиторы всегда были консервативны по своей сути и это погубило некоторых. Они попали в застенки Тюльпана за то, что отказались сменить сторону, хотя по сути менялось только название и руководство. Но это на взгляд Хельги.
За размышлениями девушка как-то незаметно дошла до нужной камеры. Тряхнула головой, отгоняя ненужные сейчас мысли, отчего из рыжей косы выбилась непокорная пушистая прядка. Если бы не миска с едой для узника в руках, то Хельга ущипнула бы себя. Обитатель, если можно так выразиться о заключенном, камеры вдруг показался девушки подозрительно, до боли знакомым.

+1

3

Гидеон сидел в темнице. Впрочем, не совсем так. Скорее, это темница стыдливо находилась вокруг него, а он милостиво позволял ей это. Гидеон умел принять такой вид, словно все вокруг глубоко ему должны. Тот факт, что сейчас именно он погряз в проблемах, нисколько его не смущал. Да и проблема ли это, если он попал сюда добровольно?
Сам его арест тоже был тем еще зрелищем. Прибыв в столицу, Гидеон пару дней бродил по городу в надежде, что на него обратит внимание всевидящий взор Тюльпана, но увы, око неоинквизиции оказалось подслеповатым. Колоритный Гидеон совершенно затерялся в толпе, к своему неудовольствию. Тогда он просто пошел и постучался в высокие ворота родной цитадели, которую теперь оккупировали жалкие полумаги. И вот - он здесь. Кстати говоря, сам Гидеон никогда бы не забросил вот так спокойно человека, который сам пришел сдаваться, а сперва выяснил бы, зачем, собственно, этому слабоумному так хочется попасть в темницу. А меж тем, его именно что игнорировали. Это было почти унизительно, но подтверждало мнение инквизитора о Тюльпане как о сборище недоумков.
Его цель была проста. Потерпев год назад сокрушительный провал, Гидеон с трудом выбрался из душевного кризиса и решил действовать по-другому. На поверхности в него больше не верили, а все его сторонники разбежались или были убиты. Но здесь, под землей, в застенках Ордена все еще находились самые рьяные противники возвышения Тюльпана. Им не пришлось проиграть тогда, год назад, и потому среди них еще жила вера в Гидеона. Для них он стал своеобразным символом свободы, живой ли, мертвый, и он собирался им эту свободу дать.
Пока все шло по плану, разве что Тюльпан оказался чуть умнее, чем о нем думал инквизитор, потому он оказался не в том блоке, где сидели все инквизиторы, а в другом, с какими-то богохульниками и преступниками. Впрочем, Гидеон не унывал.
В коридоре раздались шаги, сопровождаемые необычайным оживлением среди заключенных. Гидеон, который провел тут всего день, видел пока только одного надзирателя - мрачного детину, который отнюдь не вызывал такого ажиотажа. Заключенные, наоборот, старались стать как можно незаметнее. А тут - радуются, улюлюкают.
Причина радости наконец подошла к его камере, Гидеон не спеша повернулся к ней...и остолбенел. Нет, он, конечно, знал, что она из Ордена, но она же курьер... в темницах... Инквизитор быстро взял себя в руки.
-Надо же, какая встреча. Теперь я у тебя в гостях, смотри-ка.
У Гидеона, когда надо, голос становился очень своеобразным, глубоким и чарующим, и сейчас этот негромкий голос летел по каменному коридору, заставляя заключенных с интересом прислушиваться.

+2

4

http://s3.uploads.ru/t/KkSve.png
Хельга

Если узник, которому Хельга принесла еду, со спины показался знакомым, то, когда мужчина повернулся, девушка замерла удивленно, едва не выронив миску с каким-то варевом, очень и очень отдаленно напоминающим кашу, из рук. Она знала этого человека. Буквально пару недель с ничтожным хвостиком назад Гидеон, которого Хельга свои случаный прибытием в его дом выдернула из привычной жизни (хотя, на взгляд девушки, это было, скорее, существование и прозябание) проводил ее до столицы и они расстались. На довольно оптимистичной ноте, кстати говоря. И тут…
Хельга наклонилась под радостное улюлюканье других заключенных, поставила миску с варевом на грязный каменный пол, покрытый щербинами, и достала из внутреннего кармана ключи от камеры. Надзиратель, мрачный детина с бородой-лопатой, сказал, что данный заключенный вполне адекватен и безопасен, так что она вполне может войти в камеру. Длины цепи на его ноге, мол, позволяет вполне спокойно поставить миску у входа, где заключенный сможет дотянуться и так же спокойно уйти. Теперь сомнения Хельги в том, что она сможет без проблем уйти из камеры превратились из смутных опасений в твердую уверенность. Она знала этого человека, и что-то внутри противилось тому, что теперь он – преступник, узник темницы Ордена. Как он сюда попал? Это же блок для богохульников, еретиков, преступников и прочих не вполне адекватных личностей. Гидеон же показался Хель вполне приятным мужчиной. Неужели ее впечатление об этом человеке оказалось столько обманчиво?
Глухо щелкнул, открываясь, замок. Хельга наклонилась, подняла с пола поставленную миску с варевом и вошла в камеру.
- Я сама здесь гостья, чему и рада, признаюсь, - тихо сказала девушка, рассматривая Гидеона. Ей показалось, что за время, прошедшее с тех пор, как они виделись в последний раз, мужчина как-то похудел, осунулся. Хотя, может, она просто пристрастна? – Я расстроена, что мы встречаемся в таком месте и при таких обстоятельствах, - вздохнула Хельга, протягивая Гидеону миску с едой. Она не могла просто поставить ее на пол и уйти, как непременно сделала, будь на месте этого человека любой другой заключенный. Сейчас же девушке хотелось бы получить ответы на некоторые свои вопросы. – Как ты оказался здесь? – девушка нахмурилась. – Что с тобой произошло?

+1

5

Хельга вела себя довольно смело, поэтому Гидеон сделал шаг навстречу девушке. Он не хотел её пугать, в конце концов, она была его единственным собеседником в этом каменном мешке. Цепь грустно звякнула о каменные плиты пола.
-Я даже не представился в прошлую нашу встречу. Думаю, теперь самое время. Как раз получишь ответ на один из вопросов. Мое имя - Гидеон Шпренгер. Имперский инквизитор. Был. - Он развел руками, словно говоря "ну что тут поделаешь". -Вот тебе ответ на "почему". А что касается "как" - тут все еще проще. Я сам пришел. Они долго за мной гонялись, упускать такую возможность... Нееет.
Сделав еще шаг вперед, он оказался вплотную к девушке и мягко забрал из её рук чашку с так называемой "едой".
-Спасибо, что заботишься обо мне, пища мне не помешает. Силы нужно беречь, - он улыбнулся и отодвинулся на расстояние, которое можно было бы назвать "социально приличным". 
-Полагаю, мне будет дозволено задать вопрос. Как девушка-курьер оказалась в самой неприятной части цитадели? В мое время сюда отправляли не каждого, только крепких духом... или тех, кого необходимо было таковыми сделать.
Он сделал еще шаг назад и сел на солому в углу. Поднес к лицу чашку, понюхал. Без брезгливости это есть было сложно, но инквизиторы редко были гурманами, так что нельзя сказать, что заключенных в цитадели кормили намного хуже, чем "своих". Ну, то есть, так было раньше, во времена истинной инквизиции. Поэтому Гидеон не жаловался. Кормят - и то хорошо. Тоже своеобразная глупость - позволить врагу жить дольше необходимого.

+1

6

http://s3.uploads.ru/t/KkSve.png
Хельга

Цепь как-то печально и неестественно громко звякнула о каменный пол, когда мужчина поднялся, чтобы забрать еду из рук Хельги.
- Тот самый? Отступник и бунтарь?! - ахнула девушка. В ее голове с трудом укладывалось, кого она умудрилась вытащить из глубинки на свет Триединого, с кем держала путь и ночевала у одного костра. Сказать, что Хель была удивлена – ничего не сказать. Девушка пребывала в состоянии, близком к истерике. Мысли носили в голове хороводом, но ни одна из них не была дельной. Ей столько приходилось слышать об этом человеке, которого люто ненавидело новое руководство Ордена, столько пошептов от тех, кто имел дело с Гидеоном или шел по его следам в надежде поймать и доставить в Тюльпан… Думала ли она, что когда-нибудь ее путь и путь этого мужчины пересекутся? Нет, конечно, нет. В ее головке такая мысль не имела шансов поселиться. А вот поди ж ты…
Хельга слышала много нехороших, страшных вещей о Гидеоне, по рассказам он был очень опасным человеком, но почему-то его не боялась. Даже жалела. Возможно, свою роль тут сыграло время, проведенное с ним в пути, и то, что надзиратель счел Гидеона достаточно безопасным, чтобы отправить к нему девушку с едой, а не пройтись самому.
- Пожалуйста, я всегда рада помочь, - машинально, не особенно задумываясь, что говорит, ответила Хельга. Погрузившись в свои мысли, она как-то совершенно не заметила, когда мужчина приблизился к ней почти вплотную. Очнулась девушка лишь тогда, когда Гидеон мягко забрал у нее миску с варевом, гордо именуемым едой. – Как?! Почему?! Зачем ты это сделал?! Зачем пришел к ним сам?! – только сейчас до сознания Хель дошла вторая часть фразы мужчины. Он сдался добровольно, но почему? Неужели устал бегать и скрываться? Так ведь потеряли его след, к чему выбираться из той глубинки? Факты оказались квадратными, а голова Хельги, как и положено, круглой, что создавало определенные затруднения.
Гидеон отошел и уселся на куцую кучку соломы в углу своей камеры,а курьер Ордена так и осталась стоять, застыв, словно прижизненный памятник самой себе, у входа.
- Я проштрафилась, - пожала плечами Хельга, почему-то честно ответил на поставленный вопрос. – Плохо выполнила задание. Мне, конечно, не сказали, что отправка сюда – мое наказание за ошибку в работе, но ведь все и так понятно, верно? – Хельга горько улыбнулась. И сейчас в темнице Ордена могли работать только сильные духом, устойчивые. Девушка боялась, что в какой-то момент попросту сломается.

+1

7

-Тот самый. Впрочем, с моей стороны отступники и бунтари как раз-таки они... - справедливо заметил Гидеон, не забывая жевать. -Так что лучше тебе не рассказывать начальству, где ты провела последнюю ночь в дороге. А то мало ли что.
Девушка была ошарашена, совершенно выбита из колеи и даже напугана - но, как показалось Ги, не им самим. Скорее её пугало несоответствие реального и услышанного прежде. Это явственно читалось на серьезном лице.
"Как", "почему", "зачем"... Гидеон строил насчет этой девушки далеко идущие планы, раз уж она так удачно тут подвернулась, но отвечать на все эти вопросы прямо сейчас было бы неразумным. Хельге нужно было время - подумать, прийти в себя. Сравнить. Поэтому он ответил максимально уклончиво:
-Все равно бы поймали. Этот вариант хотя бы не кажется мне унизительным, - он улыбнулся, жестикулируя ложкой. Вид у него был предельно невинный.
Содержимое миски подошло к концу. Гидеон не наелся, но чувствовал, что способен дожить до следующей кормежки, а это уже немало. Он встал и вновь подошел к Хельге.
-Нет худа без добра. Видишь, зато повстречались еще раз, -он улыбнулся, а затем мгновенно посерьезнел и еще  сильнее понизил голос, чтобы из коридора уж точно ничего не было слышно. Наклонившись к ней, он прошептал:
-Хельга, я тоже рад тебя видеть, но тебе лучше не задерживаться дольше необходимого. Эти, - он кивнул в сторону коридора, - -обязательно донесут, и как бы тебе не оказаться по соседству. Если будешь работать в соседнем блоке, передавай им привет от меня. И заходи. 
Он всунул ей в руки опустевшую чашку и отошел обратно в свой угол. Оставалось только ждать. Возможно, он поторопился, думал он, провожая взглядом рыжую, но этот ненавязчивый привет всколыхнет "инквизиторский" блок и даст им надежду. Если там еще кто-то остался.
Планы, планы... Инквизитор и сам понимал, на каком зыбком основании все это лежит, но что еще ему оставалось за решеткой, кроме как строить планы? Времени у него было предостаточно - кажется, Тюльпан никак не мог решить, что ему следует делать с такой крупной рыбой, да еще и такой, которая сама заплыла в сети. Это было Гидеону только на руку.

Отредактировано Гидеон Шпренгер (12-11-2013 02:17:22)

+3

8

http://s3.uploads.ru/t/KkSve.png
Хельга

- Мало ли я тут пропишусь на вечное пребывание, - хмыкнула Хельга, ничуть не хуже Гидеона понимавшая, что ей светит от Ордена за такую беспечность. Столько времени провести бок о бок с отступником и не сдать его Тюльпану! Просто потому, что не узнала его лицо, хотя руководство добросовестно снабжало всех своих подопечных, включая даже такую мелочь, как курьеры, довольно поганого качества портретика с изображением физиономии Шпренгера. Последнюю такую листовку Хель, не глядя, сунула куда-то в сумку. Кажется, чуть позже она завернула в нее кусок колбасы.
- Твой след потеряли, - честно сказала девушка. – А я тебя, как ты уже догадался, не узнала. Ты мог и дальше оставаться в той избушке и никто, никогда не догадался бы, куда подевался Гидеон Шпренгер. Просто не связали бы замкнутого небритого мужика, одетого невесть во что, с тем человеком, которого я вижу сейчас перед собой. Ты сглупил. Неужели думал, что я тебя сдам Ордену? – и осеклась, осознав, что невольно выдала свое отношение к Ордену, частью которого вообще-то является. Хель была искренне преданна Инквизиции, многое ей давшей и в свое время удержавшей на плаву, но Тюльпан, пришедший на смену ей. Они смирилась, но не могла быть также верна ему, как Инквизиции. Что-то внутри противилось. Верность Тюльпану казалась Хель чем-то сродни предательству, ведь Орден отправил в темницы, а то и на свидание к праотцам часть тех, кого она знала и любила. Жаль, что у нее не доставало сил и решимости начать свое существование отдельно от цветочных.
- Я не вижу здесь добра, - мрачно и серьезно сказала девушка подошедшему к ней почти вплотную инквизитору. Что хорошего во встрече в темницах? Странно, но Хель жалела этого неуемного бунтаря, обладавшего какой-то своей странной, непостижимой логикой. Где-то в глубине души было даже робкое желание помочь ему, которое девушка упрямо душила в себе, дабы не оказаться в соседней камере.
- Хорошо, я тогда пойду, - как-то робко и неуверенно пробормотала Хель, попятившись назад.
Щелкнул, закрываясь замок камеры. Словно отмечая какую-то новую веху в жизни курьера. Сложно было видеть того, кто знаком тебе тут, в темницах, на жалкой горстке соломы. Хельга, наверное, сойдет с ума, если ей вдруг приведется пойти в инквизиторский блок и она увидит среди узников того, кого хорошо знала.

На следующий день еду Гидеону принес мрачный надзиратель. Инквизитор будто накаркал и Хель действительно отправили разносить обеды в соседний блок. Это даже оказалось тяжелее, чем она ожидала.

Через два дня Хельга снова появилась возле камеры Гидеона с миской еды. Бледная, словно осунувшаяся, с залегшими под глазами тенями. Знакомых лиц оказалось слишком много, чтобы девушка сумела переварить это так просто.

+1

9

Стоя у решетки, Гидеон вслушивался в ее удаляющиеся шаги. "Ты сглупил"... Эти слова не шли у него из головы. Могла ли она быть права, не видя всей картины? Насколько она была права?.. Тот порыв, почти бегство из опостылевшей реальности, заключенной в четырех стенах, едва ли был обдуманным поступком. Думать он начал уже после, и в результате снова оказался в четырех стенах, только уже других. И пожалуй, он был доволен этим. Жизнь без цели была мучительна.
Насколько честно и правильно было втягивать во все это и её? Это не её война, она свой выбор уже сделала,-убеждал себя Гидеон, где-то в глубине души понимая, что едва ли он что-то сможет здесь сделать без помощи Хельги. Однако, даже себе он не готов был в этом признаться.

Прошло два дня. Гидеон уже научился различать, когда по коридору идет она, а когда - другие. Он обернулся к решетке, наблюдая, как она возится с ключами. На девушке лица не было, это было видно даже в полумраке подземелья.
-Что с тобой? Они допрашивали тебя? Почему ты такая бледная? -вместо приветствия спросил он. Спросил, а потом удивился сам себе - с чего это такая забота о ближнем своем. Но больно уж разительным был контраст в облике Хельги.
Сам он после четырех дней в темнице тоже утратил большую часть своего лоска. На щеках пробивалась темная щетина, которую нечем было сбрить, одежда была измята и испачкана соломенной пылью, а на скуле расплывался прекрасный фиолетовый кровоподтек. Обошлось, к счастью, без заплывших глаз и прочих неприятностей, но синяк был грандиозный. Нижняя губа была разбита. Гидеон никогда не умел находить с людьми общий язык; даже сидя в темнице, он умудрился достать одного из надзирателей. Спасло только то, что насчет него пока не поступало никаких распоряжений, а значит, он мог и пригодиться.
Он забрал у нее чашку с едой.
-Ты была там? Видела их? Что с ними? Сколько уцелело? -было заметно, что эти вопросы не выходит у него из головы уже много дней, поэтому они вылетели почти машинально. Гидеон уже устал об этом думать, он хотел реальной информации.

+2

10

http://s3.uploads.ru/t/KkSve.png
Хельга

Вместо приветствия Гидеон набросился на Хельгу с вопросами. Девушка ожидала чего угодно, но только не этого. Молча сунула в руки инквизитору миску с варевом, гордо именующимся кашей, и отошла к решетке, облокотившись на нее спиной. Сдержаться и не всхлипнуть удалось с трудом.
- Нет, что ты, нет, - Хель пожала плечиками. – Я работала в соседнем блоке, - на несколько минут девушка замолчала, собираясь с духом и подбирая словами. – Лучше бы я не видела. Я словно предала многих из тех, кого знала и любила, понимаешь? – Хель все же не выдержала и едва слышно всхлипнула. – Нет, наверное, не понимаешь. Ты ведь остался верен Инквизиции, - взгляд девушки был устремлен на стену чуть выше головы Гидеона. – Они сидят в камерах, как звери в клетках. Едят эту, с позволения сказать, кашу. Могут в любой момент узнать, что завтра их казнят. А я на свободе, потому что сумела перестроиться, - Хельга снова замолчала, закусив губу. Ей нужна была пара минут, чтобы справиться с эмоциями, бившими через край. – Там, в темницах соседнего блока десятки тех, кого я знала. Некоторые даже не хотели смотреть на меня и я понимаю их и не могу осуждать. Знаешь, кое-кто из них уже не похож на человека. Больше напоминает призрака, бледную тень того, кем был когда-то. И мне больно от того, что ничем не могу помочь хотя бы одному из них, - Хельга обняла себя за вздрагивающие плечи. И снова умолкла, пытаясь вернуть себе контроль над непослушным голосом, так стремящимся сорваться на крик. Но нельзя, нельзя было позволить себе эту слабость. Нельзя было даже перейти с полушепота на что-то более громкое. Потому что вокруг – десятки ушей, еретики и дегенераты (странно, что Гидеона определили именно в этом блок, а не в инквизиторский), которые запросто могут наябедничать надзирателю. Чтобы им улучшили условия. Или чтобы у других жизнь стала еще менее медовой, чем у них. – Я совершенно запуталась, и не знаю, что мне делать. Как правильно поступить? Я не могу спать ночами с тех пор, как побывала в инквизиторском блоке. И, если честно, никак не могу понять, зачем мне показывали все это. Меня терзают смутные сомнения, что все это – неспроста. Если только от перехлестывающих эмоций у меня не началась паранойя.

+1

11

-Теперь ты понимаешь,-Гидеон смотрел на нее почти с жалостью. Её так резко выдернули из привычного и уютного мира, так неожиданно показали всю правду... Возможно, слишком резко, но это была та отрезвляющая пощечина, в которой порой нуждаются люди.
-Инквизиция была для меня всем. Домом. Работой. Смыслом. А потом пришли они, развалили по камешку все, во что мы верили, а нам сказали, что теперь это - правда, а те, кто будет придерживаться старой правды, будут считаться еретиками и отступниками. А я так и вовсе... едва ли не дьявол, так они говорят людям. А я всего лишь остался верен тому, чему меня учили.
Он сел в угол на солому, согнув одну ногу в колене. Вид у него был какой-то отчаянно разбойничий.
-Тебе придется смириться с этим. Мы все через это прошли, кто-то раньше, кто-то позже. Смириться... Или есть другой вариант.
Черные глаза блеснули в полумраке. Свет факелов плясал в зрачках, создавая почти демоническое впечатление.
-Ты, наверное, не знаешь, но я дворянин. Старый род, богатый только памятью прошлого. Того, что осталось, едва хватило моим старшим братьям, делить там было нечего. Поэтому меня еще в детстве отправили сюда, монахи ведь не имеют права на наследство. Умный ход, что и говорить. И с голода не умру, и мешаться под ногами не стану. Но я всегда мечтал добиться чего-то большего, чем... это. - Он обвел рукой камеру, имея в виду, наверное, и всю Цитадель.
-Я мечтал, что когда-нибудь я войду в этот замок, как хозяин. Но реальность быстро показала, что я не прав. Сложно быть священником, когда прихожанки при виде тебя думают совсем не о боге. - Гидеон улыбнулся воспоминаниям и поморщился - синяк давал о себе знать, мешая активной мимике. Но эти прихожанки... Не сказать, чтобы Гидеон был сильно против, но об этом Хельге он рассказывать не стал, чтобы окончательно не потерять хрупкое доверие.
-Так или иначе, а в Инквизиции меня особо не ценили. И тогда я подумал... - он сплел тонкие пальцы перед лицом, оперев локти на колени, и взглянул на Хельгу поверх решетки пальцев. -Нужно начать все с начала. Вернуть Инквизиции первоначальный смысл. Ту ясную и четкую, как лезвие меча, цель... Уйти и начать все с чистого листа.
Он встал, подошел ближе.
-Я много путешествовал. Там, в глуши, людям не нужен этот император. Он далеко, он не видит, что происходит. Им нужен кто-то... поближе. Но уйти туда и оставить здесь всех верных... Нет уж.
Он отошел к решетке, отвернулся, шумно вздохнул..
-Прости, Хельга. Это не твоя жизнь, я не должен был говорить все это тебе. Просто когда сидишь здесь, в голову приходят... мысли. Прости.

Отредактировано Гидеон Шпренгер (17-11-2013 21:50:05)

+1

12

Хельга вышла из камеры Гидеона, не сказав ни слова, и, гулко цокая каблучками, стремительно удалилась во двор темницы. Девушке хотелось запереться в своей каморке под самым шатром одной из башен крепости, окружавшей мрачное место заточения тех, кто осмелился перебежать дорожку ранее великой и грозной Инквизиции, а теперь жалким ее остаткам, гордо именующим себя Орденом Белого Тюльпана. Гидеон сказал ей так много, так прямо, что Хель не нашла ничего лучше, чем уйти. Потому что в голове роились мысли. Мысли, отнюдь не самые безопасные. ОБТ слаб, но у него вполне хватит сил на то, чтобы задавить девчонку-сироту, вдруг вздумавшую роптать.
На сегодня у Хельги больше не было никаких поручений, так что остаток дня девушка просидела в своей комнатке, мучимая тяжелыми мыслями о том, как будет правильно поступить в данной ситуации. Вариантов было множество, но они либо требовали переступить через себя, через свои принципы, либо подвергали жизнь девушки значительному риску при малой вероятности достижения значимого результата. Хельга забылась тяжелым сном уже ближе к рассвету. Девушка дремала, облокотившись спиной о кровать с куцым матрасом из сена и уронив голову на грудь.
Разбудил Хельгу старый тюремщик. Выглянув из узкой бойницы, девушка увидела, что на поле перед крепостью многолюдно, шумно и светло от десятков факелов. Кое-как заплетя косу, засунув ноги в несколько великоватые сапоги, выданные перед самым отъездом сюда, и набросив на плечи потрепанную временем и приключениями на должности гонца кожаную куртку, Хель слетела вниз по крутой каменной лестнице и выбежала на стену. Там тоже было непривычно много народа. Весь гарнизон крепости-темницы высыпал на прясло. Мужчины шипели ругательства сквозь сомкнутые зубы. Особенно цветисто это у них выходило тогда, когда под ноги кому-нибудь из них попадалась Хель.
Воздух пах гарью от факелов, с поля неслись выкрики разной степени цензурности, среди которых явственно слышалось имя Гидеон. И Хельга вдруг кристально ясно поняла, что будет дальше: крепость удастся удержать. Наверняка, уже послан гонец в ближайшее отделение ОБТ. Даже если среди тех, кто сейчас вопил на поле, окажется кто-то, ранее бывавший в темнице и знающий тайный ход, то в столкновении крестьян с дрекольем и неплохо вооруженных и одоспешенных воинов Ордена выиграют, хоть и с большими потерями, последние. Тех смельчаков, кому удастся выжить в этой мясорубке, найдут и вздернут на суку позже, когда прибудет подкрепление. А Гидеона казнят. Во избежание.
Кому нужна какая-то мелкая девчонка, когда творится такое? Правильно, никому. Особенно после того, как десяток баламутов обнаружился внутри твердыни.
Хель удалось незамеченной проскользнуть в темницы, предварительно стянув большую связку ключей, в спешке и неразберихе, плохо спрятанную главным тюремщиком. Сердце в груди бежавшей по коридору девушки билось так, словно хотело проломить грудную клетку и вырваться наружу, в висках гулко стучал пульс. Вслед Хель неслись привычные крики заключенных, для которых девчонка была единственным развлечением. До этих мрачных подземелий еще не донесся шум от происходящего во дворе.
Затормозив у камеры Гидеона, Хельга сунула ключ в замок, попав только, наверное, с пятого раза. Руки тряслись. Ключ упорствовал в своих заблуждениях и никак не хотел проворачиваться в замке.
- Там, заваруха, - задыхаясь от бега, прерываясь через слово, выпалила девушка. – Люди требуют освободить тебя. Некоторые уже как-то попали во двор. Нужно уходить. Иначе тебя казнят, когда все это закончится.
В том, что это восстание будет задавлено в корне, Хель не сомневалась. Разница лишь в том, сумеет ли она вывести Гидеона и хотя бы часть оставшихся верными Инквизиции людей отсюда раньше. Тогда у них будет шанс все исправить.

+2

13

Гидеон, который в обычных условиях выглядел так, словно сошел со страниц повести раннего романтизма, обладал отнюдь не романтичным характером. Когда к нему прибежала взъерошенная и перепуганная Хельга, он занимался самым прозаичным занятием на свете - спал. Дрых, уютно свернувшись на соломе калачиком. И это вместо того, чтобы беспокойно бегать кругами по камере и ожидать осовобождения, гневно сверкая очами. Но увы, шум сверху сюда, в подземелья, не долетал, поэтому его покою ничего не грозило, кроме одной шустрой девчонки.
И именно же благодаря этой скудости поэтики в характере Гидеон обошелся без набивших по книгам оскомину вопросов вроде "Но почему?" или "А как же ты?", а еще "Я не могу позволить тебе рисковать собой ради меня!". Вместо этого он, едва проснувшись, быстренько рассудил, что вот СПЕРВА они спасут его драгоценную задницу из темницы, а уж ПОТОМ он все и спросит. А возможно, ему и в голову не пришло бы такое спросить - эгоизм он любовно холил в себе годами.
Так что инквизитор шустро выбрался из клетки, без лишних слов сцапал Хельгу за тонкую девичью лапку и потащил за собой. Ей оставалось только вовремя перебирать ногами. В одном Гидеон был точно уверен: никто из служащих ныне Ордену не знал эти подземелья лучше него. Те фанатики, что, как и он, ползали тут, изучая каждый камень и каждую крысу, ушли с ним или сидели здесь же.
Поворот, поворот, прямой коридор, в ответвлении мелькнул кто-то удивленный. Направо, налево, еще направо, путаница поворотов, спусков и подъемов. Однажды пришлось протискиваться через узкий лаз, о котором едва ли подозревали строители этой Цитадели. И вот - блок с политическими, так сказать, заключенными. Вроде бы, и рядом, а какой круг пришлось намотать, прячась от света и шума.
На Гидеона смотрели очень настороженно, даже когда он принялся отпирать замки. Когда образ предстает перед тобой во плоти, всегда немного разочаровываешься. А Гидеону некогда было наводить лоск.
Выбраться наружу было проще, чем добраться до второго блока. Совсем рядом был один из многочисленных подземных ходов: эту крепость явно строили параноики. Гидеону с изрядно выросшей компанией это было только на руку. И вот они уже стоят на берегу небольшой речушки, под надежным прикрытием деревьев. Инквизиторы потихоньку растворяются в темноте - поодиночке или парами. Больше они не попадутся, Гидеон был в этом уверен. Ну а если кто и попадется - значит, совсем дурак. Незаметно обойти по краешку растревоженный город - совсем просто.
Наконец, в ночи исчез последний освобожденный. Они не оставляли никаких средств связи, но каждому Гидеон пообещал, что найдет их, когда придет пора. Это могло значить многое, а могло не значить вовсе ничего.
Они остались вдвоем. Гидеон наконец повернулся к своей спасительнице.
-Идем со мной. Обратно тебе уже нельзя, ты знаешь. Идем со мной - я подарю тебе новую Инквизицию, - он наконец-то улыбнулся, грязный, растрепанный, счастливый.

+2

14

Гидеон не стал спрашивать, а не повредит ли его спасение из темницы собственно спасительнице, не стал сомневаться. В мгновение ока он перехватил инициативу и дальше Хельге оставалось только перебирать лапками следом за ним. Инквизитор тащил девушку за собой, как на буксире, цепко схватив за запястье. Повороты, коридоры, лесенки, проходы – все мелькало перед глазами не привыкшей к столь быстрому бегу Хельги, легкие разрывало от недостатка кислорода. Найти путь во всех этих крысиных лазах сама девушка не сумела бы ни за что, оставалось лишь положиться на знание Гидеоном местности.
Они не верили. Не верили даже тогда, когда Гидеон начал открывать камеры одну за другой. Некоторых приходилось буквально выталкивать наружу, выводить за ручку, как малых детей. Кое-кому пришлось подставить плечо, потому что не со всеми хорошо обращались в этих мрачных подземельях. Хель задыхалась, и не только от быстрого бега. Она стояла на пороге чего-то нового, она чувствовала это. Глаза ее светились, когда она видела, как ее друзья и наставники выходят из камер, где провели не один месяц. И плевать, что пути обратно не будет и с мирной жизнью теперь покончено. Оно того стоило.
Еще одна пробежка следом за инквизитором, по-прежнему тащившим Хельгу за руку, и вот они уже стоят на берегу небольшой речушки, за пределами мрачной Цитадели. Бывшие узники растворялись в укрывавшем их лесочке: по одному, парами, тройками. Наконец, на берегу остались только Хель и встрепанный, но счастливый Гидеон. Все закончилось, и вместе с горячкой этого нежданного побега ушли и силы девушки. Она вдруг почувствовала себя бесконечно одинокой, маленькой и какой-то потерянной. Что ей делать дальше? Куда идти?
- Идем, - пожала плечами Хельга, не имевшая никаких планов на свое дальнейшее бытие. Неизвестность пугала девушку, но идти в нее, имея рядом надежное плечо, было как-то веселее. – А куда мы направимся?

0


Вы здесь » ФРПГ "Трион" » Отыгранные эпизоды » О неисповедимых путях Триединого


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC