ФРПГ "Трион"

Объявление

Смутный час между волком
и собакой меняет очертания привычного мира. Свет сменяется тенью, форма - мороком, а пение птиц - тихим шипением стали, выходящей из ножен. Лишь одно остаётся незыблемым - люди. Только люди не меняются никогда...
Оказаться не в том месте, не в то время - достаточно паскудный способ добыть себе неприятности. Так сложились обстоятельства...
читать дальше
Довольно известный исследователь-историк, имя которому Рангоригасту Гржимайло, нашел в горах Малого хребта неизвестную доселе шахту... читать дальше
Путь к ущелью К'у и Ла был тернист и долог: недоброжелательные леса духов кишели смертельными опасностями... читать дальше






01.04.18: Неожиданно, и очень символично с точки зрения календарной даты, на форуме появился новый дизайн. ;)






По техническим причинам, мастера не сумели
вовремя заполнить этот раздел. О, ирония...
Предыстория:

Некогда гномья пророчица Валлана предсказала наступление Конца Света и разрушения Мира в 1000 году. Предсказание было небольшим, но настораживающим: «Когда Столпы Равновесия исчезли, Пустота, расправив крылья и выпустив когти, вторглась в Мир. Увлеченные вечными распрями, ненавистью и жаждой наживы, одурманенные ложью Высших, живые создания не заметили опасности, оставаясь слепыми и глухими, потому что не хотели видеть и слышать то, что было им противно. Когда же беда стала столь очевидна, что спрятать ее уже не удавалось, Мир пал в бездну хаоса и завершил Круг Жизни».
Пергамент, описывающий сие событие, неожиданно нашелся архивариусом в одной из закрытых библиотек Северинга. Правда это или нет, и что конкретно имела в виду Валлана, никому не известно — сама пророчица была слишком стара и спокойно умерла, не дожив до нынешних дней и не оставив более никаких сведений.
Гномы посчитали Пророчество слишком непонятным, чтобы сразу начать пугать им жителей Триона, и расшифровать все сами, но, как известно, любые тайны имеют свойство странными путями просачиваться и распространяться среди простых смертных. Вот и Пророчество Валланы стало достоянием гласности, переходя из уст в уста и пугая слишком впечатлительных обитателей всех трех материков Триона. Мало того, в последнее время в Немоне объявилась секта «Видящие Истину» напрямую проповедующая Конец Света и призывающая жителей к покаянию.

Настоящее. 998 год.

Всего два года остается до предсказанного великой гномьей Видящей Валланой конца мира. Империю заполонили лжепророки, обещающие спасение, все чаще слышны голоса некромантов, ведьм и приверженцев разнообразных оккультных сект, поклоняющихся Пустоте. Из уст в уста передаются слова предсказательницы: близок последний час этого мира. Кажется, сам Творец отвернулся от Триона, оставив его на грани хаоса и безумия.
На фоне всего этого немудрено и потерять себя. Как произошло это с молодым императором Велерадом, и без того получившим серьезный удар в виде трагической потери семьи более, чем десять лет назад. Понимая, что власть и порядок в огромной стране удержать становится все сложнее, снедаемый, к тому же, ненавистью ко всем, кто не является человеком и считающий нелюдей виновными в приближающемся Армагеддоне, некогда рассудительный правитель пошел на безумные меры.
Все нелюди в Империи — от светлого эльфа до последнего гоблина — новым указом Велерада объявлены вне закона. Не имеющие ни гражданских прав, ни защиты, они должны покинуть пределы страны или быть переселенными в специально созданные резервации, в противном случае они будут преданы смерти. Гонения на нелюдей объявлены официальной политикой Немона, городской страже, ордену Тюльпана и даже членам ЛИГ вменяется в обязанности, ко всему прочему, арестовывать или казнить (в случае открытого сопротивления) любого представителя нелюдской расы в любом уголке Немона или потворствующего ему человека. Вчерашние соседи могут в любой момент стать врагами.
Новые порядки поставили Империю на грань гражданской войны. К нелюдям и прежде шло враждебное отношение, а ныне, подписанный самим Императором, указ вовсе развязал руки самым отъявленным расистам. Многие поддерживают Велерада в его ненависти, но пограничные аристократы, встревоженные волнениями на границах со степью Орр'Тенн или лесом Сильве, некоторые члены ЛИГ, Академии Магии и Торговой Гильдии, недовольные напряженной политической ситуацией, считают императора опасным безумцем, действия которого приведут страну к окончательной гибели. Выбор между верностью трону и тем, что считается благоразумным, особенно тяжел в преддверии конца мира, но неумолимо близок.
Возмущенные агрессией Немона, представители независимых государств, находящихся в торговых, союзнических или нейтральных отношениях с Немоном, - эльфы, темные эльфы, гномы - в панике шлют сообщения в Неверру и Каторию, будучи практически не в состоянии защитить своих соплеменников в Империи. Воинственные орки, воодушевленные возможностью захвата новых земель, светлые эльфы Довеллы, ведомые волей своей амбициозной ксарицы, остававшиеся доселе в тени вампиры собираются в ожидании падения колосса Империи.

О скипетрах Сильерны (побочная сюжетная ветвь):

Три Скипетра издавна были переданы самой Сильерной эльфийским кэссарям, как самым мудрым представителям из созданных на Трионе рас. Скипетр Заката хранился в Храме темных эльфов в Шьене, Скипетр Рассвета — у Светлых в Довелле, Скипетр Полудня — у лесных эльфов на алтаре в лесу Сильве. Ходят слухи, что когда-то существовал и Скипетр Полуночи, переданный людям, но сведения о нем не сохранились, и легенда осталась лишь красивой легендой, не более. Установленные на алтарях Скипетры поддерживали энергетическую структуру Триона, обеспечивая соблюдение баланса сил, и не давая Пустоте поглотить энергию Теи.
Однако два года назад Скипетры были похищены. Эльфийские кэссари приняли решение утаить истину от подданных и заменили настоящие реликвии на поддельные, пока настоящие не будут найдены и возвращены на место. О сохранности и целостности самих реликвий эльфы не беспокоились, ибо уничтожить Скипетры нельзя - созданы они не простыми смертными ибо несут в себе частичку божественного, но вернуть их требовалось как можно скорее — структура мира нарушилась, Твари Пустоты получили возможность проникать в мир Триона в местах, где ткань Теи истончена, и скопилось много негативной энергии.
Время шло, поиски результатов не приносили, мало того, то здесь, то там стали объявляться неизвестные монстры, нападающие на людей. Кое-кто связывает их появление с изреченным Валланой пророчеством и говорит, что они являются самым явным предзнаменованием надвигающегося конца Света.




01.04.18: Плюшки! Проанализировав последние отыгрыши на Арене и в Сюжетных эпизодах, было принято выделить достижения лучшего, на наш взгляд, игрока! За его смекалку, храбрость и великий потенциал, мы награждаем непревзойденного мастера Огня и Пламени, Диохона, артефактом мифической редкости - Великой Перчаткой...
Повелись? С первым апреля! :3

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ФРПГ "Трион" » Личные эпизоды » Праздник сбора урожая [28 Листопада 997-го года]


Праздник сбора урожая [28 Листопада 997-го года]

Сообщений 31 страница 54 из 54

31

Гуннар-азор, вы вольны присоединиться к нам и продолжить охоту, але мы можем с вами рассчитаться сей же час. Как вам способнее?
- Пожалуй, подобное... дело будет хорошим разнообразием моей рутинной обыденности. - Спустя несколько секунд промедления согласился Гуннар, сам не зная почему. Это было скорее непреодолимой влечение увидеть родственника, нежели тяга к приключениям, ведь последнего другого оборотня он видел множество лун назад. Несмотря на то, что, вероятно, скорая встреча могла закончится не слишком удачно, Гунн не смог воспротивиться этому странному зову. В конце концов, возможно, этот оборотень просто... запутался? Можно ли сказать так? Ответа на это отшельник не знал. Гвиденьяр не казался ему плохим человеком, он отличался от тех охотников, с которыми встречался Гуннар, это было видно по глазам. Именно поэтому он был склонен верить словам гадоборца о том, что не всякий раз его контракт заканчивается убийством. "Пытаюсь образумить" - вспоминал он. Может шанс еще есть?
Теперь в их компании были эльфийские проводники, а это значило, что в этой части леса им больше не угрожают стрелы, как и возможность заблудиться. Монстры, вероятно, или другие хищники не станут нападать на такой отряд, па крайней мере в одиночестве.
Итак, путешествие продолжалось. Оборотень, не знающий об этом охотник на нечисть и эльфы, которые знали больше, чем говорили. Интересная компания. Что из этого выйдет?

Отредактировано Гуннар (11-05-2015 21:06:12)

0

32

- Если вы договорились, собирайте стоянку - и трогаемся, - сказал им Тирис. - По пути расскажете, что успели разузнать сами, мы расскажем, что заем сами. Попробуем сложить наши знания воедино: одна голова две не перемудрит.
С этими словами он вложил стрелу обратно в тул.
- Этого воина называют Айниром, - указал он на светловолосого рослого эльфа, - а этого, - он повернулся к сильву с темно-русыми волосами, - Туок Молчаливый. Он нем с малолетства, зато Мать возместила ему эту утрату, заменив на отменные чутьё и слух. Наш язык он понимает, с языком людей - похуже.
Когда их представляли оба эльфа чуть поклонились, но луки не убирали: старший не давал им знака, следовательно, пока чужаки были вне группы.
- Раз условия и цели охоты всех устраивают, - продолжил Тирис, - ударим по рукам.
И он протянул в сторону Гвиденьяра и Гуннара руку раскрытой ладонью вверх - в знак доверия и расположения. Таков был старый обычай: когда договариваешься с чужаками, нужно бить по рукам, если рассчитываешь, что они будут прикрывать тебе спину. Если чужак и сильв били по рукам - чужак был дорогим гостем на родной земле эльфов, но за нарушение договора нёс ответственность по обычаю. Если же подвергался насилию сам бивший по рукам чужак, тот, кто бил с ним по рукам и не уберёг гостя, отвечал перед старейшиной. Пришлый, не бивший по рукам, даже под почётным кортежем сильвов оставался пришлым: за его рану и смерть, по правде, не отвечал никто.
Возможно, поэтому стоило бы считать жест языка и старейшины клана Лозы опрометчивым, но он хотел показать своё доверие и чувствовать надёжное плечо в опасной охоте.

0

33

Гвиденьяр рассчитывал, что Гуннар согласится, хотя это его слегка и удивило. Но больше удивил его жест эльфа. Представив своих спутников людям, он вдруг сказал:
- Раз условия и цели охоты всех устраивают, ударим по рукам, - сказал Тирис и протянул руку охотникам. Гвиденьяр знал этот жест - перед тем, как отправится в Сильванию, он изучил руководство гадоборца применительно данной местности, что хранилось в конторе. "Ударив по рукам" они как бы подписывали договор, по которому обязывались беречь друг друга в бою, но главное - чужаки тем самым официально признавались гостями под защитой хозяев.
Гвиденьяр взглянул на Гуннара. Игнорировать такой дипломатический знак было бы глупо и нерационально. Ладонь кхаспида сложилась в рукопожатии с ладонью сильва.
- Условия кхороши, - кивнул он, разжимая руку. - Собираем лагхерь.

0

34

Гуннар тоже пожал эльфу руку в знак доброй воли. Времени оставалось все меньше, поэтому действовать нужно было быстрее, а с каждым потраченным часом оборотень мог уходить все дальше, ведь никто, кажется, не знал, где находится его логово? Скорее всего так и было, иначе бы эльфы давно разобрались с этой проблемой в своих владениях.
Они быстро собрали лагерь и отправились дальше, теперь уже пополнившимся составом. Теперь Гвиденьяр и Гуннар сопровождались эльфами. Спустя некоторое время Гуннар подошел к Тирису:
- Как давно этот оборотень терзает лес, мастер Тирис? - это было не простое любопытство. Если этот варг живет в лесах достаточно давно, он либо не забредал так близко к дому Гуннара, либо обходил его стороной. Случайность или что-то другое? Мысль о том, что этот варг мог быть знаком ему  не давала Гуннару покоя.

0

35

- Условия кхороши, - кхаспид ответил на рукопожатие. - Собираем лагхерь.
Гуннар тоже пожал руку Тириса. Айнир и Туок стали чуть менее напряжены, а гости обители Сильве теперь были под защитой воинов клана Лозы. Отряд, пока формально, мог действовать как единое целое.
Когда бивак был собран, пятёрка пошла по следу. Впереди, шагах в пятнадцати, шёл Туок, читая следы и вслушиваясь в эхо леса. Позади него шли цепочкой Тирис, Гуннар и Гвиденьяр, ведущий коня под уздцы. Айнир замыкал процессию, идя шагах в десяти позади.
- Как давно этот оборотень терзает лес, мастер Тирис? - вдруг спросил Гуннар у эльфа.
- Да как у людей появился, месяц прошёл - он и в наши угодья захаживать стал. Покалечил одного лесозаготовщика нашего, сильно... Он и рассказал, что оборотень - не истинный...
Тирис обернулся на лесовика, мазнув взглядом по кхаспиду и его лошади.
Плохо, что коня с собой он взял - что с него проку здесь, в чащобе? Вот выйдет варг на нас, или мы на варга, останется только память о всей твоей лошадке, брат воин... Хотя коник смирный, не отнять...
- А не боитесь, что так на своих двоих и придётся уходить, а, Гвиденьяр? - обратился он к хозяину.

0

36

Пятёрка охотников двигалась по следу в глубь чащи. Шли цепочкой: немой Туок впереди, Тирис, Гуннар, Гвиденьяр и Дым - следом, Айнир - в арьергарде. Гвиденьяр был спокоен. Сильвы, как он о них слышал, лучшие проводники и охотники здешних краёв, знающие повадки и особенности флоры и фауны как способности собственного тела, которые также впечатляли. Единственные, кому они в этом уступали - дриады, но с дриадами поди договорись! А теперь он и Гуннар шли по лесу не как пришлые, но как гости, и даже дриады не стали бы их трогать. Хотя, в этой части лесов их не много.
- Как давно этот оборотень терзает лес, мастер Тирис? - нарушил тишину Гуннар.
- Да как у людей появился, месяц прошёл, - отвечал ему Тирис, - он и в наши угодья захаживать стал. Покалечил одного лесозаготовщика нашего, сильно... Он и рассказал, что оборотень - не истинный...
Сильв чуть обернулся, глянув на человека, и скользнул взглядом по Альгу, ведущему Дымка под уздцы.
- А не боитесь, что так на своих двоих и придётся уходить, а, Гвиденьяр? - спросил он.
- Уж чегхо не страшусь, тогхо не страшусь, - отвечал кхаспид. - Дымок - быстрый, как лань, тихий, как мерин, умный, как филин, и верный, как собака. Сколько раз с ним на заказы ходил, он себя ни единогхо разу под опасность не поставил, и меня в беде не оставил, - Альг с любовью потрепал гриву коня. - Дважды лишь ему благходаря ещё по свету хожу.

0

37

Дело шло уже к вечеру, когда Гуннар вышел из цепочки и присел на корточки, вглядываясь в замысловатый узор листьев и веток на земле, который скрывал в себе след их добычи. Добычи. Что это за слово такое? К чему оно тут. Гуннар, сам того не замечая поддавался скрытым охотничьим инстинктам, которые навязывал ему Зверь внутри, чем дальше в чащу, тем пристальнее он вглядывался в переплетение веток впереди, внимательнее вслушивался в звучание окружающего леса. С каждым пройденным метром он старался двигаться все тише и сейчас уже почти крался, однако, не уступая в скорости спутникам.
И вот, наконец, его чувства дали какой-то еле различимый знак, небрежный укол где-то на границе сознания, которому только и нужно было, чтобы взгляд опустился к следу оборотня. Так и произошло. И теперь Гунн сидел и смотрел. Можно сказать рыскал, в поисках чего-то.
- Что-то не так. - констатировал он, даже не обернувшись к остальным.

0

38

Солнце уходило за макушки деревьев. Отряд пробирался под кронами буков и вязов, здесь темнело быстрее. Вскорости двигаться впотьмах станет невозможно и опасно, тогда им придётся встать на ночной бивак. К счастью, хвороста было достаточно, а глаза эльфов были хорошо приспособлены к ориентированию в сумерках. "Первым в дозор станет Туок, потом его сменю я", - рассуждал Тирис. - "Под утро можно и кхаспида разбудить..."
- Что-то не так, - прервал его размышления голос Гуннара. Отшельник последний час как-то изменился, словно рысь, напавшая на след. Его ноги ступали тише, сам он стал ещё более нем и сосредоточен. Он стал словно охотничья собака, выискивавшая след. Видимо, сущность оборотня говорила в нём. И вот теперь он, кажется, что-то нашёл.
- Гуннар, что ты учуял?

0

39

Он не стал обращать внимания на несколько компрометирующую оценку своих действий, сочтя, что это приведет только к большим подозрениям со стороны охотника. Кроме того, пожалуй, не стоило бы показывать высокую просвещенность в знании следов оборотней.
- След, он несколько изменился. Мне кажется, будто наша цель двинулась чуть более размеренно, можно сказать осторожнее. - Гуннар высказал наблюдения, а дать оценку позволил эльфам.
Привыкший жить в тени деревьев Гунн, не слишком беспокоился о приближении ночи. Разумеется, ближе к границам кроны были не такими сводчатыми, словно живая пещера, но и тут он чувствовал себя комфортно. Наверняка скоро кто-то предложит привал. Разумно ли? Пожалуй, неизвестно, сколько они еще будут идти по следу, да и сила оборотня с каждым днем растет, им стоило отдохнуть. Безопасно? Это сомнительно, придется быть во всеоружии и внимательными втройне.

Отредактировано Гуннар (01-10-2015 10:26:23)

0

40

- След, - сказал отшельник, - он несколько изменился. Мне кажется, будто наша цель двинулась чуть более размеренно, можно сказать осторожнее.
Гадоборец восхищался, наблюдая за тем, как Гуннар выслеживал варга. Отшельник и сам, - Альг уже мало в том сомневался, - был оборотнем, но был своим, контролировал свою вторую натуру, и потому наблюдать за его работой было увлекательно.
- Може, на то есч причина, - вслух рассуждал Гвиденьяр. - Але ужин себе добыват наш зверь... Але нас уг'лядал.
Он огляделся. В лесу темнело, и хотя зрение ещё позволяло двигаться вперёд, вскоре сумерки настигнут их маленький отряд, и двигаться в малознакомой местности ночью, зная, что рискуешь стать добычей дикого варга - не самая лучшая затея из возможных.
- Смеркхатса слишком быстро... - произнёс гадоборец. - Стоит разбить бивак, если не хотим быть застиг'нуты ночью врасплох. Варг'а настиг'нем вже завтра, ежли он сам не явится к нам под покровом темноты.

0

41

- Согласен. - Коротко подтвердил отшельник. - Встану первый на караул. Пока еще не совсем темно.
Ночь не смогла застать их врасплох. Когда она буквально выпрыгнула из-за горизонта, набросив на путников свой темный покров, они уже сидели у костра в тишине зловещего предвкушения, нарушаемой лишь треском горящего хвороста. Один из эльфов стоял поодаль, вглядываясь во мрак переплетенных ветвей и стволов, хотя Гунн по прежнему хотел встать в первую смену, когда вес лягут спать. Но пока что он с Тирисом и Гвиденьяром глядели в оголтелый танец языков пламени.
Иногда в огне отшельник видел странные картины, никак не укладывающиеся у него в сознании. Там были горящие факелы, вилы вооружённых людей, ненависть и страх. Когда он в очередной раз лицезрел ужасы в огне, даже звериная сущность внутри съёживалась и жалобно рычала, прижимаясь к своему сожителю, словно испуганная собачонка. Несмотря на это он не мог оторвать взгляд от пламя.

Отредактировано Гуннар (05-10-2015 14:23:48)

0

42

Ночь наполнилась ночными звуками, освещаемая персиковой косточкой прибывающей луны, уже почти полной. Несмотря на сильное желание отшельника встать в первую стражу, на первое дежурство заступил Туок. Туок был хорошим следопытом и опытным воином, однако, он был нем. Случись ночью опасность, ему бы пришлось затратить больше времени на то, чтобы предупредить спутников, потому он заступал теперь, пока все ещё готовились ко сну.
- Если так велико желание, Гуннар, - сказал он отшельнику, проверяя снаряжение у разожжённого костра, - встанете на часы вторым. Под утро встану я сам.
Когда вопрос о смене часовых был улажен, Тирис, стал готовиться ко сну. Поужинал под нехитрую беседу со спутниками парой длинных тонких кусочков вяленого мяса и горсточкой орехов, запив это водой. Проверил снаряжение, закрыл тул со стрелами, снял тетиву с одного из плеч лука и намотал её на лук. Закутавшись в одеяло, он лёг у костра, расположившись между огнём и своим снаряжением.
- Да ниспошлёт мать Сильве тихую ночь, - пожелал он благосклонности богини для себя и своих сортаников.
Одновременно расположился на ночлег и Айнир.

Отредактировано Тирис (13-10-2015 02:25:33)

0

43

Ночевать в незнакомом лесу за две ночи до полнолуния, зная, что поблизости рыщет проклятый варг, в высшей степени неразумно. Но охотиться на последнего, при всей его силе и нечеловеческой ловкости, даже впятером, будучи невыспавшимися - просто смерти подобно. Потому, резонно решив разбить бивак и выставив дозор, отряд приготовился ко сну.
Вместе со всеми, вложив в общий "котёл" свёрток с галетами и утолив голод скромным ужином из галет и сушёного мяса, Гвиденьяр запил пищу медово-травяным отваром из фляги. Дымка он на ночь никогда не привязывал - зачем треножить верного друга? - и, когда конь дожевал отруби в кормушке, просто накрыл его попоной и оставил пастись у бивака. Затем он проверил снаряжение, и, расслабив лишь поясной ремень на пару делений, постелил на землю войлочную бурку и закутался в неё, сняв шлем и натянув на голову клобук. Клевец он оставил под левой рукой, меч и остальное оружие - под правой. Кама с пояса снимать не стал.
- Да ниспошлёт мать Сильве тихую ночь, - услышал хорунжий голос Тириса.
- Та хранит наш сон мати Тея, - согласился он. Встречаться с тем, кого они выслеживали, ночью, не хотелось. Даже если бы было новолуние...
* * *
Протяжный низкий вой разрезал ночную тишину. Чуткий слух уловил его в первые же мгновенья, и, вымуштрованный годами тренировок и практики, наученный опытом ран и чувства близкого посмертия организм немедленно разбудил мозг гадоборца. Ещё за тройку ударов сердца Гвиденьяр оценил, где же находится волколак. Вместе с шорохом движений разбуженных охотников, мычанием немого Туока, уже запоздало будящего маленький лагерь, вой оборотня различался чётко. Он был с подветренной стороны, видимо, учуяв их запах или, что вероятнее, запах более простой добычи - коня. Саженей сто, может, даже ближе...
Рывком поднявшись, Гвиденьяр затянул пояс, оправил одежду, подвязал меч и сагайдак, вдел клевец в петлю на поясе, надел шлем. Меньше, чем в полминуты, он был на ногах и во всеоружии.
- Што ж, братове, - обратился он к остальным, - пора зверя промышляч. Пощупам, што он з себя есч?

0

44

В это время отшельник как раз стоял на страже лагеря. Ночь была темной и холодной, а в лесу она была еще темнее, но Гуннара не смущала ни темнота, ни холод, ни даже громкий вой, разразившийся, как гром среди ясного неба. Больше всего его волновало лишь то, что с каждым часом, приближающим полнолуние, зверь в его сознании все сильнее и настойчивее скребется в стены своей темницы желая выбраться. Каждый раз он представлял себе этого большого черного волка с затянутыми красной пеленой глазами, невообразимой жаждой крови, монстра, что алкает лишь крови и сырого мяса. И он хотел свободы.
Будить никого не пришлось, его спутники, знакомые не по наслышке с возможностями варга, уже подскочили и спешно снаряжались для предстоящий охоты. Гуннар достал свой томагавк из-под шкур. Он уже проверил экипировку три или даже четыре раза, как ему и велело нехорошее предчувствие, и теперь охота начиналась по-настоящему. Только на них. Впрочем, пять хорошо подготовленных охотников, среди которых есть и лучники, могли доставить определенные проблемы нападавшему, но это в любом случае был бы непростой бой. Пощада, жалость, страх, усталость - были неведомы оборотню, идущему по следу своей добычи, а тем более вкусившему или почуявшему запах крови. Даже чувство боли притуплялось перед нескончаемым желанием убивать и рвать на куски. Такой противник был опасен не мастерством или продуманной тактикой охоты, но своим безумным упорством, нескончаемой яростью и холодной ненавистью. Кто-то скажет, что острие меча или свист стрелы - все еще лучшее оружие в этом противостоянии, но тот просто не встречался с проклятым, алчущим крови оборотнем.

+1

45

Волчий вой, низкий, протяжный. Но не тоскливый, каким воют на Луну, а голодный и уверенный. Оборотень почуял пищу и хочет её.
Туок просто не успел разбудить спутников, они проснулись сами. Когда Тирис приподнялся на локте, чтобы встать, хаспид, заснувший рядом, уже сидел и вслушивался в вой и ночные звуки. Без всяких приказов эльфы встали и принялись облачаться в амуницию, изготавливая её к бою. Отшельник, казалось, вовсе не ложился. Сейчас он сидел и вглядывался в том направлении, в котором вслушивался во тьму Гвиденьяр. Через пару мгновений охотник на чудовищ тоже начал снаряжаться.
- Што ж, братове, - обратился он к остальным, - пора зверя промышляч. Пощупам, што он з себя есч?
- Лишь бы он нас не пощупал, - себе под нос добавил Айнир. Но услышали все.
- Гвиденьяр, - обратился к хаспиду Тирис, - у нас с собой волчий корень. Взяли специально.
Он протянул хаспиду очищенный от земли корешок.
- Ещё дед мой говорил, что от оборотня он - первое средство.

0

46

Обеннувшись, Гуннар увидел ненавистное растение в раках эльфа, Зверь в голове при этом начал метаться в застенках сознания, отчётливо понимая, чем грозит ему этот мелкий корешок, однако, это лишь усиливало ненависть и жгучую ярость. Ах, если бы лишь таким простым средством можно было сдержать волчью сущность в её темнице, жизнь стала бы гораздо и гораздо проще.
Сейчас Гуннар уже отчётливо чувствовал, как слабеет его самоконтроль в безразличном и холодном свете луны, как ветшают с каждой минутой цепи, а стены рассудка осыпаются под невыносимым давлением желания убийствать. И ещё был смертельный голод и жажда испить горячей крови. Оставаться в компании охотников было опасно, причём для всех, включая самого Гуннара.
[dice=3872-1936-2:6:0:]
Собрав всю волю в кулак, Гунн со всей силы стукнул им, приструнив неугомонного волка. Оскорбленный зверь отодвинулся в уголок, то скуля, то срываясь на рычание, но все же затих. Теперь оставалось лишь ждать.

0

47

Альг принял корешок из рук сильва и обернулся на отшельника. Как он и ожидал, он увидел смешение подавляемых злобы и страха, которые испытывал зверь внутри человек.
Вот теперь сомнений нет.
- Верно мулвил твуй дед. Натрите оружье и хочь тройку-пяточек стрел соком корня. А вам, Гуннар-азор, - обратился он к человеку, - пора бы сказать, што вы оборотень. Покуда аконит не попал вам в кровь, он вам ничего не сделает. Давайте, топор натру.
Он протянул свободную левую руку.

0

48

Они знают, все знают! Пустят ему стрелу в спину при возможности, чтобы избавить мир от проклятья. Гуннар был уверен в этом. Паранойя его, подпитываемая страхом перед зверем, неуверенностью и приближением полнолуния усиливалась, отстраняя на задний план рациональность и здравомыслие. Как удобно, двух оборотней за одну охоту. С другой стороны, он мог бы убить его уже давно. Как давно знает охотник? Из всей компании, Гуннару больше всего не хотелось, чтобы он знал. Но с этим уже ничего не поделать.
[dice=11616-1936-2:6:0:]
Невероятных усилий стоило ему удержать себя вновь от одного лишь шага, который бы неминуемо превратился бы в бег подальше от охотничьей компании. Гуннар протянул топор, готовый к любому развитию событий.

Отредактировано Гуннар (07-03-2016 10:33:59)

0

49

Быстро смазав лезвие топора, он вернул оружие владельцу и убрал корешок в ташку. Стоило успокоить отшельника, ведь ему на самом деле ничего не грозило, но как? У гадоборца было с собой средство для успокоения нервов, да только седативные микстуры - вовсе не то, что нужно принимать перед боем.
- Гуннар-азор, - обратился он словом, - тебе ничегхо гхрозит. Ты на нашей строне.
Гвиденьяр взглянул в лес. Там, откуда доносился вой, ещё не был различим, даже его зрением, силуэт варга, но меж деревьев за яром уже мелькали короткими вспышками фосфоресцирующие глаза проклятого существа. До него было саженей двести-двести пятьдесят, слишком мало, чтобы войти в полноценный транс, но...
- Он скоро явится, дэржите стрелы по три нагхотове, боле вряд ли поспеете спусчичь. Коли можете, бейте в суставы и артерии.
Сам хорунжий откупорил флягу и сделал несколько глотков сладкого травяного настоя. Затем закрыл глаза, несколько раз  глубоко и размеренно вдохнул и выдохнул. Почувствовал, как кровь бежит по жилам, наполняет живительной влагой мышцы и органы. Ne bole minuty...*
Мысли наполнились молитвой, обращённой к Гхарротею...

*- Не больше минуты...(drak.)

0

50

- Я бы и сам этого хотел, но, к сожалению, я на стороне луны.
С минуты на минуту начнется схватка, не сулящая ничего хорошего никому из них. Где-то там, сквозь вплетенные в мрачный узор темноты ветки, продиралась, возможно, их собственная смерть, покрытая черной шерстью и с острыми, как бритва когтями. А округлый диск полной луны уже был готов вывалиться в далекие небеса, чтобы одарить смертных своим холодным светом, вот только для Гуннара это означало крах всех надежд и мечтаний. И даже несмотря на то, что охотник был настоящим профессионалом в истреблении нечисти, после схватки с другим оборотнем, он наверняка будет ослаблен, как и эльфы, если все они вообще выживут. Смогут ли они продолжить борьбу с проклятьем, захватившем на этот раз их бывшего союзника. Гуннар не зря стал отшельником, и убийство товарищей сведет его с ума. Или он погибнет в попытке сотворить это зло.
Эти мысли явно не способствовали поддержанию равновесия в его душе. И самообладание потихоньку покидало его, однако, слова Гвиденьяра внушили ему необъяснимую надежду и, вопреки весьма скверной ситуации, немного успокоили. Едва ли сомневающийся, находящийся на грани превращения в варга оборотень был сейчас наилучшим союзником, но выбора ни у кого не было. Гуннар собрался, прикрыв глаза, глубоко вздохнул и сжал в руке свой томагавк. Если мне суждено умереть здесь, я готов. Лучше в бою с оборотнем, чем с товарищами.

0

51

Теперь, смазанное аконитом, их оружие было готово встретить врага.
Пронаблюдав за разговором между отшельником и хаспидом, Тирис выдохнул. Конфликт внутри был не нужен, даже если бы того оборотня, за которым они шли, рядом не было. Да и факт того, что Гуннар - тоже проклятый варг, не добавляла спокойствия в мысли. А оно было необходимо: с холодной головой стрела летит точнее.
- Я вижу его!* - воскликнул Айнир на арьаламме.
Тирис, накладывая стрелу на тетиву, сам обратил взор вперёд. Вдалеке, меж деревьями маячила тень их противника. Он был довольно быстр. Но попасть можно.
- Спасибо, Айнир.*
- Айнир заметил его, - сказал он Гвиденьяру и Гуннару на общем. - Мы обстреляем его, пока он не подойдёт.
Они слегка разошлись, чтобы увеличить угол обстрела. Сладко застонало дерево и рог сильвских луков. Первой просвистела стрела Туока. Затем, почти одновременно, Айнир и Тирис выпустили свои.

* - говорят на арьаламме

0

52

Разумеется, время для светских бесед было неподходящим, но пока эльфийские луки пели свою трель, Ганнар решил воспользоваться минутами, оставшимися до боя. Он должен был быть уверен, должен убедиться, и весьма успешно перед ним стоял сейчас тот, кто наверняка знает ответ на мучающий отшельника вопрос. Вопрос, который, наверное, мучает любого проклятого варга.
- Гвиденьяр. Скажи, можно ли снять проклятье или подавить реакцию на луну? Любыми способами... - Он не смотрел в глаза собеседнику, буравя взглядом непроницаемую маячащую впереди темноту леса. Если кто и знает, так это он.
Гуннар боялся ответа так же сильно, как и желал узнать его, но выбор был сделан. Вполне вероятно, что за прошедшее с его обращения время что-то могло измениться, кто-то нашел способ, или маги придумали какую-то... магию. Черт его знает - в этом Гуннар не разбирался, но было бы глупо не попытаться. Независимо от ответа, он должен был еще кое о чем попросить охотника, но это потом...

0

53

Покрывало ночной тишины было сдёрнуто. Всё отчётливее слышалось рваное жадное дыхание и хруст подлеска под лапами приближающегося варга. Стонали и пели плечи сильвских луков. Шершнями жужжало в ночи оперение стрел. Кровь стучала по телу... Гуннар, обративший свой вопрос к Гвиду.
- Воля да труд дают дивны всходы... - не раскрывая глаз и не прекращая танца горностая ответил гадоборец отшельнику. - Без воли падёт и гхора...
Он открыл глаза. Оборотень преодолел уже половину дистанции, и его силуэт чернел на фоне деревьев. Вдруг лес огласился визгливым воем, и пара горящих глаз катнулась куда-то вниз - это стрела Туока настигла свою цель. Следом стрела Тириса заставила оборотня взвыть второй раз. Однако, он сразу переполз за корневище ближайшего дерева. До него оставалось около семидесяти шагов.
- Гхуннар, - вновь обратился к отшельнику, - по моему сигхналу расходимся в стороны и бьём по бокам и в тыл. Держис строжно. Насколько можливо, буду тянуч егхо на себе. Тирис - бейте по гхотовности. Наша задача - ослабить его.
Дольше говорить было невозможно. Удерживая рукоять клыча двумя руками, Гвиденьяр выставил клинок остриём вперёд на уровне правого плеча и ждал. Почти незаметно припадая на переднюю левую, варг приближался к кругу света костра. Шёл упорно, дико, рьяно. Языки пламени стали выхватывать его шкуру из пейзажа ночи. Ещё пара могучих прыжков, и...
- Сейчас! - вскричал гадоборец, одновременно уходя вправо, вращаясь на правой ноге, чтобы, развернувшись, рубануть противника, раскинувшего лапы в прыжке, по задней левой...

0

54

Гуннар кувыркнулся вправо, уходя от яростного нападения оборотня, и бросился по широкой дуге в тыл противника, с намерением атаковать в спину. Хоть и недолго, но пока варг был отвлечен борьбой с Гвиденьяром, это дало необходимое время остальным охотникам занять выгодные позиции, стрелы эльфов пронзали ночной воздух, но, похоже, пока не поразили монстра, Гуннар же тем временем обошёл врага. В три широких прыжка он достиг цели и замахнулся топором, но оборотень резко отпрыгнул в сторону, уходя от удара и увеличивая расстояние между обоими противниками. Рыча и фыркая бесконечной злобой, варг сверлил кровожадным взглядом своих врагов, то одного , то другого. Сражение превратилось в танец, пока Гуннар и Гвиденьяр расходились полукругом, снова окружая оборотня, это дало Тирису шанс. Стрела со свистом пронеслась мимо отшельника, но попадания тот не увидел, взгляд его был прикован к серебряному диску в грязных небесах, вышедшему из-за обрывков серых облаков, проглядывающему в плешь древесных крон.
В последнем отчаянном порыве, отшельник метнул топор в оборотня и упал на колени. Зрачки неестественно расширились, он схватился за горло на котором проступили вены, судорожно хватая воздух ртом, из которого вырывался сдавленный хрип. Вот. И. Все... Гуннар упал на четвереньки, неестественно низко наклонив голову, все чаще среди хрипов проступал отрывистый гаркающий рык. Резкими движениями он стал срывать с себя одежду, то одной рукой, то другой, пока наконец не потерял равновесие и не завалился на бок. И тут под мрачный свет полной луны попала голова отшельника: вытянувшиеся челюсти под болезненно-бледной розоватой кожей клацали ежесекундно удлинняющимися клыками по воздуху, будто пытаясь укусить что-то незримое, от макушки к шее прорезалась черная как смоль шерсть, а в темных озёрах глаз загорелись бусинки белесой ненависти. Ужасающий гибрид звериной морды и человеческого лица.
Со звуком ломающихся костей, существо выкинуло вперёд передние конечности, одна из которых уже лишилась пальцев, втянувшихся в кисть, теперь ставшую волчьей лапой, тогда как из второй, разрывая кожу, с кровью пробовались острые как бритва когти. Тело раздулось, разрывая остатки одежды, из-под клочков которой показалась шкура. Монстр метнулся вверх, вставая на задние лапы, но те с треском подкосились, роняя наземь тяжелое бьющееся в судорогах тело. На мгновение все замерло. Недвижимая бездыханная туша валялась в крови и ошмётках ткани. Один, два, четыре удара сердца ничего не происходило, а потом грудь чудовища поднялась в одном глубоком вдохе. Поднявшись на четыре лапы, среди леса стоял уже огромный чёрный волк, из пасти которого капала слюна. Отряхнувшись всем телом, разбрасывая вокруг капли крови, листья и землю, оборотень вскинул голову и протяжно взвыл на луну.

0


Вы здесь » ФРПГ "Трион" » Личные эпизоды » Праздник сбора урожая [28 Листопада 997-го года]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC